Во многом в этом, вне всяких сомнений, и заслуга самого Флеминга, в романе которого Клебб изображена даже более отталкивающим персонажем, чем в фильме. Писатель наделил свою героиню максимально возможным количеством отталкивающих черт и характера, и внешности: она некрасива, не следит за собой, неряшлива и много курит.
Есть ли у Клебб пристрастие к сексуальным извращениям? Стремясь сделать ее образ как можно более негативным, Флеминг явно перестарался, потому что Клебб у него одновременно использует секс как способ выполнения заданий руководства и является бесполой и практически асексуальной («Природа преподнесла ей редкий и бесценный дар — бесполость, это олицетворение равнодушия и холодности у человека», — утверждает автор), да еще имеет лесбийские наклонности.
В фильме сексуальная ориентация Розы замаскирована и показан лишь легкий намек на нее в эпизоде, когда она кладет руку на колено Татьяны Романовой. В романе же Клебб в процессе вербовки Татьяны пытается соблазнить ее. Одетая в прозрачную ночную рубашку с глубоким вырезом (Флеминг пишет, что она «напоминала старую и самую безобразную в мире потаскуху»), она ложится на диван и приглашает соискательницу сесть рядом и познакомиться поближе. Татьяна, некоторое время пребывавшая в замешательстве, в конце концов не выдерживает и убегает, громко хлопнув дверью, что, впрочем, не заставляет Клебб изменить свой выбор.

В сцене приезда на остров СПЕКТРа Клебб тоже подает неоднозначные сигналы: с одной стороны, она явно неравнодушна к мужским статям Гранта, с другой — вздрагивает, когда помощник Блофельда Морзени пытается взять ее за руку.
Еще одна черта полковника, которая показана в романе Флеминга, но на киноэкране не столь очевидна — это ее садизм. В фильме она не колеблется проявить жестокость, чтобы добиться поставленных целей, но это скорее действия в стиле «ничего личного, только бизнес». В книге же Клебб получает удовольствие от того, что мучает своих жертв.
Ходили слухи, что ни одна пытка не проходила без личного участия Розы Клебб, — пишет Флеминг. — В ее кабинете в шкафу висел халат, покрытый пятнами крови, и стоял раскладной стул. Когда она выходила из своего кабинета, одетая в этот халат, с раскладным стулом под мышкой, и шла подземными коридорами, даже сотрудники СМЕРШа замолкали и наклонялись над столами, пока она не возвращалась обратно.
План СМЕРШа заключался в том, чтобы с помощью двойной приманки — красавицы Татьяны Романовой и шифровального прибора, названного в книге «Спектром», а в фильме по вполне очевидным причинам переименованного в «Лектор» — выманить Джеймса Бонда в Стамбул, подсунуть ему «куклу» прибора, а потом убить в купе поезде, обставив смерть как самоубийство и подбросив на место происшествия компрометирующие материалы, чтобы дискредитировать этим и самого суперагента, и британскую разведку.

В фильме операцию в Стамбуле организует СПЕКТР, который, во-первых, подстрекает Бонда украсть «Лектор», чтобы потом вернуть его русским (разумеется, не безвозмездно), и, во-вторых, хочет расправиться с самим Бондом.
Приведем краткий отрывок из диалога высших чинов СПЕКТРА в фильме:
Блофельд: «Кронстин, вы уверены, что план надежен?»
Кронстин: «Да, потому что я предвидел все ходы противника».
Блофельд: «Почему думаете, что ваш план пробудит интерес главы Британской разведки «М»?
Кронстин: «Причина проста: это явная ловушка. А англичане всегда воспринимают подобные вещи с вызовом».
Чем же тайный агент 007 не угодил СПЕКТРу, с учетом того, что «Из России с любовью» — лишь второй фильм бондианы? Ответ очевиден: тем, что он успел сделать в первом, а именно помешал планам СПЕКТРа и уничтожил доктора Но, который был сотрудником этой организации.
Ненависть СПЕКТРа к Бонду и стремление его уничтожить кажутся сильно преувеличенными: в конце концов, агент с двумя нулями просто выполнял приказ начальства. Быть может, Блофельд обладал даром предвидения и заранее предчувствовал, какой урон его детищу способен в будущем нанести агент 007?

Более простое объяснение заключается в том, что и гроссмейстер Кронстин, новый директор по планированию СПЕКТРа, разработчик операции, и Роза Клебб, и главный исполнитель Грант в недавнем прошлом были ответственными сотрудниками СМЕРШа, поэтому имели свои счеты с британской разведкой. Правда, теперь они занялись частным бизнесом. Однако кто сказал, что нельзя совместить в работе приятное с полезным?
Организаторы, прошедшие огонь и воду, предусмотрели и учли, казалось бы, все возможные проблемы, которые могли возникнуть в ходе операции, вплоть до последних мелочей. За исключением одной — невероятной везучести агента 007 и его способности выходить живым и невредимым из любой ситуации.
Сцены гибели Клебб в фильме и романе Флеминга в целом схожи, хотя и различаются в деталях. После первой неудачной попытки покушения на Бонда Блофельд возложил всю ответственность за провал на Кронстина, а Розе Клебб дали шанс исправить ошибку (хотя едва ли из этого можно делать вывод о том, что глава СПЕКТРа был истинным джентльменом), что она и попыталась сделать, проявив максимум изобретательности.
Встретив Бонда в гостиничном номере, она сначала пытается застрелить его из стрелкового оружия, замаскированного под телефонный аппарат. Когда это не удается, набрасывается на него с вязальными спицами, кончики которых были отравлены нервно-паралитическим ядом (по мнению британцев, это любимое оружие советских и российских спецслужб). Когда же и вторая попытка проваливается, колет его отравленным клинком, выступающим из ботинка — на этот раз удачно.

Из подошвы правой туфли выскользнуло вперед крошечное острие того же грязно-синего цвета, как и кончики вязальных спиц, — пишет Йен Флеминг. — Мужчинам показалось, что Роза «лягнула» Бонда ногой в порыве последней, уже бессильной ярости. Они готовы были рассмеяться. Но желтые глаза пленницы торжествующе сверкнули. Прощайте, мистер Бонд.





Разные люди были на этих кафедрах. Мне ребята рассказывали об одном общем знакомом, доценте с кафедры марксистско-ленинской философии,...