Что общего между офисом и морем? О многообразии планктона

Особенно переживала одна элегантная дама. Однако её шестилетнее дитя мало волновалось из-за взрослых проблем. Юный естествоиспытатель, закончив исследование повадок дождевого червяка, взялся за прутик и принялся измерять подводные глубины лужи. И вдруг спросил:

— Мама, а в море есть офисы?

— Нет, — машинально ответила элегантная дама, напряжённо вглядываясь в далёкий ещё банкомат.

— А в океане?

— Что-о-о-о? — бессмысленно протянула дама, с завистью взирая на счастливчика, очередь которого подошла.

— В океане есть офисы?

Тут дама словно проснулась:

— Что ты за чушь городишь! И кто только выучил тебя такому!

— Ну, — юный мыслитель смутился, — там ведь… это… планктон живёт.

Вряд ли Царь Горох нашёл бы лучший способ развеселить свою дочку Несмеяну. В очереди раздался смех, который быстро перерос в настоящий хохот.

Только элегантная дама не разделяла веселья, а была явно ошарашена. Она, остолбенев, не знала, как реагировать. Кто-то из сзади стоявших толкнул её — мол, очередь подошла. Дама вернулась к действительности. Когда же банкомат выдал новенькие, хрустящие купюры, это заставило забыть обо всём.

А дитя, вероятно, ещё долго размышляло, что общего между офисами, морями-океанами и планктоном. Услышанные от взрослых понятия трудно сложить в нечто взаимосвязанное.

…Если открыть энциклопедию, то можно вычитать примерно следующее:

Планктон — мелкие организмы, обитающие в толще воды, дрейфующие и не способные сопротивляться течению.

Это прямое значение. Но есть ещё и переносное.

Офисный планктон — так стали нередко говорить о массе рядовых сотрудников. Это звучит то с сочувствием, то с пренебрежением. Их повседневный быт — нудная работа, часто не имеющая особого смысла, однообразие, тоска и отсутствие перспектив.

…Отдельные организмы в общей массе разглядеть не всегда возможно. Однако под микроскопом маленькая водоросль или простейшее превращается в причудливо-экзотичную картинку.

Если так же взглянуть на вроде бы обычных сотрудников рядового офиса, то могут быть занятные открытия.

Вот женщина с потухшими глазами. Целый день она проверяет счета и мечтает, чтобы её хоть на несколько минут оставили в покое и дали покатать шарики по монитору.

А когда-то она была одной из лучших в театральном кружке. Во многих образах побывала на сцене. Особенно радовалась, когда ей доверили роль Мальвины. Каждый день с нетерпением ждала конца уроков, чтобы бежать на репетиции. Увлеченно повторяла нравоучения, которые её героиня читала озорнику Буратино. Старалась найти интонацию, поворот головы — всё было так важно! С трепетом примеряла голубой паричок, даже дома в нём ходила, чтобы вжиться в образ. Можно представить, какой успех имел спектакль.

А вот другой сотрудник — интеллигентный гражданин, уже средних лет, но всё ещё не продвинувшийся дальше младшего менеджера. Когда-то он с упоением читал на утреннике басню «Зеркало и Обезьяна». Особенно любил строки:

Что это там за рожа?
Какие у неё ужимки и прыжки!
Я удавилась бы с тоски,
Когда бы на неё хоть чуть была похожа.

При этом целую пантомиму разыгрывал! Зрители хохотали до слёз. Если бы будущему младшему менеджеру в детстве описали его взрослую жизнь, он лишь отмахнулся бы. Подобно обезьяне, не узнавшей себя в зеркале, точно так же не признал бы себя похожим на скучного кабинетообитателя.

Кто-то лучше всех в школе рисовал. Теперь под оргстеклом на рабочем столе прячет свои детские рисунки, за которые когда-то присуждались грамоты. А от былого умения остались лишь цветочки и узоры, выводимые во время нудных совещаний.

В какой же момент восторженные девочки/мальчики превратились в безликий офисный планктон? Остаётся только предполагать.

…В водоёмах большие рыбы поедают маленьких. В бизнесе крупные компании нередко поглощают более скромные по размерам…

У всех были мечты. Но они зачастую оказывались аморфными, неясными и не превращались в твёрдые цели. И вот чьи-то слабые мечты были «съедены». Теперь приходится воплощать чужие стремления, а про свои забыть.

Кто-то в один далеко не прекрасный момент потерял ощущение собственных границ. Стало непонятно, где заканчиваешься ты сам и начинается офисный быт. Отдельный индивид растворился среди массы других сотрудников и, конечно, в бумаговороте, который затягивает в свою воронку.

Человек отказывается от собственных интересов (часто не осознавая этого) и превращается в планктоноединицу. Однако что-то он всё-таки от этого имеет. Например, сладкий сироп стабильности, в котором приятно увязнуть. Увы, это лишь иллюзия. Компания может обанкротиться или ещё по каким-то причинам прекратить существование. Но об этом не хочется думать — лучше уж ладошками закрыть себе глаза.

«Позитивная» альтернатива — искать другое море под названием «Сироп стабильности», чтобы добровольно увязнуть в нём среди прочего планктона.

Или попытаться построить нечто новое. Но как быть, если твёрдости не хватает и в себе самом опереться не на что? Тогда нужно вначале в своём внутреннем мире стержень вырастить и укрепить. А это трудное дело.

Но если посмотреть под другим углом, то бумажная контора — это очень хорошая школа становления личности. Офис может помочь научиться сохранять свою индивидуальность. Пытается потопить в липком сиропе, но сопротивление этому как раз и способствует личностному росту.

Офисный сотрудник — совсем не обязательно безликая единица. Превратиться в планктон или нет — многое зависит от решения самого человека. Стать личностью трудно. Но не стать — намного труднее. Хотя поначалу может казаться наоборот.

Что еще почитать по теме?

Как не потерять интерес к офисной работе?
Что может офисный планктон, или Откуда ручки растут?
Что такое здоровое общество? О крановщиках и офисном планктоне