Почему психотравмы детства вспоминаются во взрослой жизни?

В данном случае этот «непроработанный гештальт» понимается как «проигранный спор», «навязанные решения», «несправедливое отношение» от лиц, с которыми субъект был в активной коммуникации и даже имел зависимость в той или иной форме, в результате получил нереализованные желания и разочарование.

Особенности замороженных конфликтов

Любой человек, но в разной степени, эмоциональное существо. Опасность ситуаций в том, что конфликт или недовольство со стороны имеющего психотравму «заморожены» по согласию сторон или под воздействием обстоятельств, и к разрешению ситуации не прибегают ни одна из сторон или нет взаимности в желании разрешить конфликт.

Более того, конфликт уже не считается конфликтом: по прошествии времени стороны видят себя в основном правыми по логике «для каждого его путь прям» и подбирают удобные аргументы в защиту своей былой позиции.

Укреплению таких аргументов способствует мнение окружающих людей, так или иначе необъективных — зависимых от ситуации, имеющих в ней собственные интересы. Нередко это близкие люди, подруги, друзья, коллеги по работе, иные знакомые, которые в угоду сохранения отношений формально или явно принимают сторону конкретного человека как удобные ему «эксперты». Люди стремятся общаться, делиться опытом и налаживать контакты, чтобы поддерживать друг друга — для роста самооценки.

И так, убедив себя в собственной правоте и заручившись поддержкой мнений удобных экспертов (подруга — тоже «эксперт»), человек старается забыть негативный опыт, воспринимая его как ошибку — очередную из многих в жизни. Поэтому прорабатывать гештальт не только не торопятся, но считают это занятие ненужным, бесполезным, бесперспективным.

К последней небезупречной субъективной оценке относится, кроме прочего, страх того, что оппонент или конкурент в прошлом конфликте может нанести новый (и теперь) эмоциональный вред, то есть имеет силы отстаивать свою позицию. Если говорить про личные страхи, в первую очередь это страх неудачи.

К этому размышлению примешивается подсознательное понимание собственной небезупречности, сделанных в общении намеренно или нет ошибок, то есть — правота оппонента и с неудовольствием, но воспринимается; понимается его право на обоснованную собственную позицию и действия, которые состоялись с его стороны. В такой ситуации ворошить прошлые обиды, конфликты или споры, закончившиеся «не по-нашему», и вовсе не хочется.

Свойства инстинкта самосохранения помогают защитить психику. И человек стремится забыть прошлое или не вспоминать его специально, чтобы уйти от негативных рассуждений и находиться в состоянии условного эмоционального комфорта — хорошего настроения. Пытаясь при этом накладывать на прошлый опыт новые позитивные впечатления на основе ярких положительных эмоций, в том числе связанных с общением с новыми лицами и в новых обстоятельствах.

Сюда же относятся инициативные и реализуемые попытки демонстрации успеха в обществе, в том числе с помощью доступных возможностей социальных сетей — относительное самовнушение «успешного успеха». Социальные сети создают иллюзию идеальной жизни, но и ведут человека к постоянной неудовлетворенности в разных проявлениях, их элементах.

Так непроработанный гештальт еще глубже консервируется в сознании и при этом «никак не забывается».

Количество «ошибок» растет потому, что не устранена или не осознана причина поведенческих паттернов. Притом что один из способов проработки ситуации — не окрашенный эмоциями взгляд на нее со стороны «третьего лица» и принятие, понимание аргументов «противной стороны».

Такие способы релевантной переработки собственного опыта могут быть доступны только при большом желании, связанном с критическим мышлением конкретного человека. Если такие предпосылки и желание разобраться есть, тогда, как правило, находятся и способы проанализировать ситуацию, и независимые эксперты, и приближается возможность «понять» и «простить» другого.

Особенности работы с психотравмой

К таким конфликтам в связи с непроработанным гештальтом относятся почти все психотравмы детства, связанные с небезупречными и даже эмоционально опасными, воспринимаемыми трагичными в результате общения в детско-родительских отношениях, их ситуативными элементами. Эти травмы помнятся долго.

Они есть у всех участников детско-родительских отношений (у всех были взрослые наставники в разных социальных ролях). Однако острота переживаний участника событий разная и зависит от ситуаций — накала страстей и главным образом от индивидуальных характерных качеств эмоциональной восприимчивости. Главное и тут одно: нереализованные ожидания от другого. Усугубляют ситуацию условия, острота зависимости от другого в прошлом, особенно если этот другой воспринимался так или иначе авторитетным или влиятельным человеком по отношении к субъекту. К примеру, родитель или любимый человек.

Равно как и психотравмы взрослой и самостоятельной жизни, трагедии личного свойства, в общем, в причинно-следственной связи, относимы к субъективно воспринимаемым «трагедиям» и разрывам отношений из-за несбывшихся ожиданий от другого.

Еще один действенный способ дистанцирования от психотравмы — прощение. Есть теологические практики, предлагаемые в разных религиозных конфессиях. К примеру, когда «главным судьей» воспринимаются не люди, а божество. Когда с помощью представителей религиозного культа, как правило — после исповеди и молитвы, «объявляется» прощение человеку от бога. Такой способ тоже способствует улучшению эмоциональной гармонии личности относительно былых ошибок или неприятностей.

Тем не менее забыть о психотравме навсегда все так же невозможно. Даже если сам человек не говорит об этом прямо, он лишь уговаривает себя, что «все нормально». При возникновении похожих обстоятельств память услужливо предлагает вернуться к прежнему опыту.

Вне религиозного праксиса проработка психотравмы — это метод когнитивно-поведенческой психотерапии с разбором поведения сторон былого конфликта. Причем «разбирающий» или аналитик должен быть авторитетным, независимым и не ангажированным результатом анализа ситуации.

В когнитивно-поведенческой терапии анализ ситуации может быть реализован и как диспут с клиентом не в форме перекрестного опроса или нравоучения с менторским тоном, а как мягкий, осторожный, бережный и уважительный способ изучения переживаний и убеждений.

Психотравмы детства и взрослой жизни остаются элементом опыта любого человека. По той же причине человек стремится насытить свою жизнь положительными впечатлениями, повысить их качество. И это можно признать действенным способом защиты эмоциональной гармонии, удовлетворенности и психической устойчивости к вызовам времени.