Студенческая жизнь — статьи по теме

У Административно-хозяйственной части (АХЧ) нашей лесотехнической академии, видимо, был какой-то договор с заводом «Сантехоборудование № 4», что располагался на Шоссе Революции. На период летних отпусков на него подбрасывали студентов, а оттуда, взаимообразно, отгружали АХЧ дефицитные по тем временам батареи, трубы, сгоны и тому подобное сантехническое оборудование.

Любил я, грешным делом, в школе… Да что там о ней, родимой? Я ещё мелким, до того как школьную форму надел, любил ходить на демонстрации. А куда денешься? Красный день календаря. Выходной. Садик не работает.

Уверен, все, в чьей жизни случился и студенческий период, не понаслышке знают, что такое «колхоз». Сейчас послушаешь народ… Такое впечатление, что все вузы РСФСР работали исключительно «на картошке».

Похоже, какой-то кусочек советской Латвии навсегда остался в моем сердце. Как это ни пафосно звучит, но… Вот так! И, наверное, в этом нет ничего удивительного. Тогда эта республика была, как какая-то другая страна. Совершенно другая!

Когда мы с Витей были ещё зелеными, начинающими студентами, у нас в общаге, прямо через стенку, жили две девчонки старшекурсницы. Не скажу, чтобы полная достача, все-таки если сейчас пишу эти строки — выжили как-то. Так что, ничего себе так девчонки, терпимо. Но… Со своими тараканами в кухонном шкафчике.

Обучаясь в лесотехнической академии, я прослушал и такой интересный курс, как математическое программирование. Вообще кафедра, преподаватель которой читал нам этот предмет, была достаточно интересная. В основном там были отставники, бывшие офицеры-артиллеристы.

Так уж получилось, что свои гражданские специальности я получал и по очной, и по заочной формам обучения. Но и там, и там первый курс вспоминается с небольшим содроганием.

Зашел как-то у меня с друзьями-приятелями разговор о том, кто и как по общежитиям жил, когда ещё мало какие обязанности, помимо знаменитого ленинского «учиться, учиться и учиться», лежали пусть и тяжелым, но совсем не обременительным грузом на наших юношеских, да к тому же ещё и холостяцких плечах.

Учеба — это вам не мамочкина бахча, где каждый кавунчик знаком и лично симпатичен. Дома что? Походил по квартире из комнаты в комнату, так ведь обязательно эта кривая путь-дорожка на кухню выведет. А там… О, холодильник. Ну, и откроешь его. Так, невзначай. Типа, посмотреть, а что там у нас.

Маркони — кто такой? Правомерный вопрос. Хотя для флотских пацанов тут и вопроса-то никакого нет. Кто такой этот Маркони?! Ну, тот самый, Гульельмо Джованни Мария. Тот, кто для всего остального мира считается, вместо нашего Александра Сергеевича Попова, изобретателем радио. Поэтому, наверное, нет ничего удивительного, что на флоте судовых радистов зовут маркони. Точно так же, как боцмана — драконом, капитана — Мастером, а стармеха — дедом.

Ничем не заменить студенческое бытие, отображенное в известной песне: «От сессии до сессии живут студенты весело, а сессия, а сессия всего два раза в год». Так что тот, кто утверждает, что самые лучшие — это школьные годы, просто никогда не был дневным студентом. И уж тем более не жил в общежитии. А один из вариантов всё той же незатейливой песенки так и завершается: «Студенчество — счастливая

Может быть, вы еще и не знаете, что такое сессия, но уже наверняка слышали о том, что ее все боятся и не все выдерживают… Что же это такое? Действительно ли сдавать сессию так страшно и возможно ли ее сдать вообще? Как пережить этот сложный жизненный период студенческой жизни? Давайте разберемся.

В конце первого курса, перед весенней сессией, летал я во Львов. С важным поручением от своего институтского начальства: прочитать доклад на студенческой научной конференции. Как я его выполнил и прочитал тот доклад — не помню. Но, видимо, неплохо, если автомат по политэкономии все-таки получил. А вот культурная программа, что организовали мои новые львовские друзья, в общежитскую комнату которых меня тогда подселили, запомнилась очень хорошо.

Перед весенней сессией первого курса, волей случая, я оказался во Львове. На Всесоюзной студенческой научной конференции. Уж больно мой реферат по политэкономии, который я ещё осенью написал, понравился заведующему их кафедрой.

Если сейчас кто посмотрит на меня, навряд ли проведет параллель с уважаемыми товарищами учеными. Доцентами с кандидатами. А зря. Зря… Когда-то и мы рысаками были. Даже в научных конференциях участвовали. Всесоюзных!

Начало студенческой жизни проходило практически одинаково у всех моих друзей-товарищей — весело и беззаботно. Бывших школьников охватило чувство щенячьего восторга перед новой студенческой вольной жизнью, а я просто «купался» в ней.

На четвёртом курсе меня угораздило влюбиться в курсанта военного училища тыла, который, как и я, учился уже на четвёртом курсе. Брюнет с карими глазами в военной форме, на которой красовались погоны с буквой «К», мягкий и обходительный, появился в один из субботних вечеров на институтской дискотеке.

Веня хорошо запомнил, как в детстве он долго не решался вместе со всеми прыгнуть с вышки в бассейн. Освещение было плохое и ему казалось, что внизу не вода, а чёрная и далёкая бездна. Страшно же! Никто не хотел долго ждать и взрослые мальчишки, в конце концов, столкнули его, зажмурившего от страха глаза, вниз, в спасительную воду.