Ватсон, он же Уотсон, имени которого никто не вспомнит — один из самых известных литературных героев с медицинским образованием. Состязаться с его славой способен только Айболит Корнея Чуковского, но он ветеринар, потому не считается.
Есть еще доктор Ливси, который, по моему мнению, скучный и достоин проверки на профпригодность только по настоятельному требованию читателей. Друг и биограф Шерлока Холмса — шедевр в белом халате, причем я говорю о литературном персонаже, а не образе, воплощенном на экране обаятельным Виталием Соломиным.
К сожалению, располагающая внешность и приятные манеры киногероя затмили первоисточник. Всякий, утверждая, что без сомнений доверил бы свое здоровье и жизнь герою цикла рассказов о Шерлоке Холмсе, подразумевает прием у персонажа советской экранизации ряда произведений Артура Конан Дойля.
Мои коллеги тоже очарованы доктором Ватсоном, но, как оказалось, они плохо знакомы с его личностью и методами работы с пациентами. Исправим это упущение.
Образование и опыт
Студенческие годы нашего героя совпали с временами, когда пост профессора хирургии в Эдинбургском университете занимал Джозеф Листер. Имя этого незаурядного врача и исследователя вписано золотыми буквами в историю медицины, а именно борьбы с микробами. Листер активно внедрял антисептику и не встречал всеобщее одобрение среди своих коллег.
Юный Ватсон, очевидно, живо интересовался передовыми открытиями в профессии, с которой собирался связать жизнь. Судя по тому, как активно на протяжении цикла рассказов о Шерлоке Холмсе он применяет карболовую кислоту, наш герой сразу встал на сторону первооткрывателя.
Первым местом работы молодого медика стала одна из больниц Лондона. За короткий срок Ватсон нашел там верных друзей, включая фельдшера, который поможет ему найти жилплощадь на Бейкер-стрит и познакомил с мастером дедуктивного метода.
В «Этюде в багровых тонах» наш герой заявляет, что сразу планировал связать свою жизнь с армией. Что послужило причиной такого решения: тяга к приключениям в далеких экзотических колониях или финансовая сторона вопроса, неизвестно.
Работа в качестве ассистента хирурга в Пятом Нортумберлендском, а позже в Беркширском полках большинством почитателей детективного жанра считается самой известной страницей биографии доктора Ватсона. Никто не задается вопросом: почему медик, насмотревшийся бойцов с размозженными головами, в рассказе «Серебряный» предполагает, что в предсмертной агонии человек пырнул сам себя ножом? Да и характер ранений самого доктора Ватсона заставляет по-особому посмотреть на это чудо природы.
Нечеловеческая физиология
Анатомически друг и биограф великого детектива серьезно отличается от простых смертных. Чтобы убедиться в этом, стоит внимательно перечитать «Этюд в багровых тонах» — первое произведение Артура Конан Дойля из цикла рассказов о великом сыщике.
Доктор Ватсон сам утверждает, что в сражении при Майванде в Афганистане получил ранение, не совместимое с жизнью. Пуля, пущенная взбунтовавшимся аборигеном, задела подключичную артерию. На помощь раненому поспешил его денщик. Терапия заключалась в усаживании доктора Ватсона на лошадь и отправке в тыл.
Чтобы исключить ошибку перевода, я нашел текст на английском языке и самостоятельно нашел интересующий фрагмент: все верно — верховая езда помогает доктору Ватсону на порядок эффективнее, чем простому смертному бригада сосудистых хирургов высшей квалификации.
Анализ медицинской литературы показал, что современные медики спасают пациентов с таким ранением крайне редко при очень большом везении, и каждый такой случай достоин научной публикации. В конце XIX века такого пациента точно не спасли бы, если он не доктор Ватсон.
Позже (в рассказе «Знатный холостяк») ветеран жалуется на доставляющую беспокойство пулю, застрявшую в ноге. Позже ее извлекут, и это не так интересно, как путь, проделанный ею в теле Ватсона.
В ходе службы наш доктор получил только одно ранение. У обычного человека подключичная артерия изрядно удалена от нижних конечностей, однако, приняв необычную позу, можно разместить две анатомические точки на одной линии. В тексте не встречается упоминаний о том, что наш герой внешне отличался от обычного человека, потому предположим, что в роковой час он сидел на корточках. Допустим, рассматривал необычного жука…
Подозрительная личность
Справедливости ради следует отметить, что странностей доктора Ватсона не замечают не только читатели, но и персонажи, живущие с ним на одних страницах. Наш герой производит самое приятное впечатление на людей, он умеет поддерживать хорошие отношения в течение долгого времени, ему каждый рад помочь. В рассказе «Вампир в Суссексе» приятель по студенческим спортивным забавам спустя много лет находит доктора и посвящает его в свою семейную драму.
В ходе знакомства с Шерлоком Холмсом Ватсон говорит, что у него есть щенок бульдога. Впоследствии читатель нигде не найдет даже упоминаний о прогулках с собакой или хотя бы о присутствии питомца в доме, где живут герои. Куда подевался пёс — загадка. Можно, допустить, что Ватсон выдумал щенка, чтобы посмотреть на реакцию своего будущего соседа по съемному жилью.
Исследований, посвященных благотворному влиянию пушистых любимцев на мастерство врача, я еще не встречал, зато о пользе самообразования известно всем. А у Ватсона с этим туго.
Лучший друг Шерлока Холмса сам себя считает человеком начитанным и нередко предстает перед нами с книгой в руках. Он любит приключенческую прозу, следит за новостными публикациями в газетах, но крайне редко обращается к специализированной медицинской литературе или периодике, за которой, напомню, в студенческие годы следил.
Между прочим, журнал The Lancet, к которому я сам нередко обращаюсь, издается с 1823 года и на языке, которым Ватсон владеет в совершенстве. Но наш герой не мечтает о публикации в этом издании и не особо занимается наукой. Почему это большая удача, расскажу дальше.
Продолжение следует…
Интересная статья!