— Весна — это возрождение всего! — сказал Михаил Викторович своему коту Винтику, мирно спавшему на стопке журналов «Техника — молодежи». — Значит, и нам нужно возрождаться. Не просто так, а с технологическим уклоном.
Михаил Викторович решил встретить весну не как все — выйти на улицу, вдохнуть свежего весеннего воздуха, порадоваться подснежникам. Нет. Он решил весну… усовершенствовать. А точнее, создать своего робота-садовода, который найдет, сорвет и преподнесет его супруге, Ларисе Ивановне, самый первый, самый красивый и самый лучший подснежник.
— Совместим подарок и новые технологии. Это будет гениально! — ликовал он, скручивая провода. — Она это непременно оценит! Все детали лежали вперемешку прямо на столе, а рядом красовался наспех выполненный чертеж, больше всего напоминавший какого-то паука.
Лариса Ивановна, женщина с золотыми руками и безграничным терпением, оценила лишь беспорядок, который её муж устроил на кухне. Вместо того чтобы заняться уборкой, как того требовала древняя примета о порядке в доме в первый день весны, Михаил Викторович разобрал старый миксер, ещё вполне годную кофемолку, а заодно и красивый механический будильник, украшавший собой полочку на стене.
— Миша, — сказала Лариса голосом, от которого мог замерзнуть даже первый весенний ручей. — А ты знаешь, что сегодня нельзя ссориться?
— А кто ссорится? Я ни с кем не ссорюсь. Я возрождаю! — бодро ответил изобретатель, пытаясь что-то к чему-то припаять.
— И в доме сегодня должен быть порядок, — продолжала она, убирая с табуретки обрезки разноцветных проводов. — Иначе весь год проведешь в хаосе.
— Лариса, это не хаос, это творческий процесс! Ты же не хочешь, чтобы я игнорировал природу? Вот я как раз ей и помогаю! Создаю робота-садовода. Он для тебя цветы искать будет.
Лариса Ивановна фыркнула, но отступила. За много лет своего брака она знала: переубеждать мужа — это всё равно, что попытаться остановить талый весенний ручей ладонью. Абсолютно бесполезное занятие.
К обеду творение, названное «Робот-садовод. Модель 1.0», было готово. Это была странная конструкция, которая двигалась на трех колесах от маленького детского велосипеда. В качестве рук-манипуляторов у робота были кухонные щипцы для переворачивания котлет во время жарки, глазами — лампочки от светодиодных фонариков, а «мозгом» всей конструкции служил старенький смартфон, периодически выдающий рекламу онлайн-казино.
Робот постоянно издавал бодрый писк и почти беспрерывно вращал щипцами.
— Ну, поехали искать подснежники! — скомандовал Михаил Викторович, выкатывая изобретение во двор. — Программа заложена! Ищешь белое на зеленом, хватаешь и привозишь сюда!
Робот уверенно тронулся с места и направился прямиком к белоснежному пластиковому пакету, зацепившемуся за забор. Щипцы с энтузиазмом сомкнулись на целлофане.
— Не-е-ет! Нужно найти цветок! Он живой! — завопил Михаил Викторович.
Робот, послушавшись, развернулся и поехал к соседскому рыжему коту, мирно дремавшему на аккуратно сложенных дровах. Белое на зеленом? Ну, рыжий — это почти что желтый, а желтый — это почти что белый в спектре робота. Кот, почувствовав холодное прикосновение щипцов к хвосту, взвыл и рванулся с места, как весенний вихрь, увлекая за собой робота. Тот запищал и, мигая, помчался следом, снося всё на своем пути и пугая мирно гуляющих по двору кур.
Начался настоящий хаос, идеально нарушающий все весенние запреты. На шум выскочил сосед, дядя Ваня:
— Михаил! Твоя железяка сейчас моего кота до инфаркта доведет! Отдавай сейчас же мне две тысячи, которые ты в прошлом месяце занимал у меня на ветряную мельницу для подогрева компоста!
— Я не могу занимать или отдавать долги первого марта! — парировал Михаил Викторович, пытаясь догнать робота. — Это плохая примета! К нищете!
— А мне плевать на твои приметы! — гремел на весь двор дядя Ваня. — Убирай своего робот в розетку, а деньги клади мне на стол!
Это, разумеется, была уже настоящая ссора с привлечением всей негативной энергии соседского участка.
Лариса, наблюдавшая за мужем из окна кухни, медленно покачивала головой. Её нежный праздник весны превращался в кошмар с робото-кошачьими гонками, летающими перьями кур и соседской руганью. Сердце защемило. Она так ждала этого дня — тихого, солнечного, с запахом весны и оттаивающей земли. А вместо этого… Лариса даже смахнула слезинку со щеки. Еще один запрет — плакать и грустить — был нарушен.
Тем временем робот, оторвавшись от кота, нашел, наконец, свою цель. Но это снова был не подснежник. Новой целью оказалась… белоснежная кружевная кофточка соседки, живущей напротив тети Тани. Кофточка была «всего один раз одеваная», а посему вполне могла сойти за новую. И поэтому тетя Таня, следуя еще одной старинной традиции «встречать весну в новом», вывесила её проветриться на солнышке.
Робот с триумфальным писком вцепился щипцами в тонкую ткань и потащил ее через всю улицу, прямо к дому Михаила и Ларисы.
Михаил Викторович так увлекся своим механическим детищем, что не заметил, как из-под прошлогодней листвы, у самого крыльца их дома, робко пробились и раскрылись настоящие хрупкие первые подснежники. Они были тут, совсем рядом, а он гонялся с роботом за ними по соседским дворам.
Все застыли, глядя на эпохальное шествие робота с кофточкой тети Тани на щипцах. Наступила тишина, нарушаемая лишь довольным писком робота. И в этой тишине раздался спокойный, мягкий голос Ларисы. Она вышла на крыльцо, в руках у нее была маленькая корзинка:
— Ну что, нагулялись?
Лариса внимательно посмотрела на перепачканного землей мужа, взъерошенного дядю Ваню и толпу соседей, прибежавших на шум.
— Весну-то все видели? Она вон, — Лариса Ивановна махнула рукой в сторону леса, поля, неба. — А вы тут с железкой развлекаетесь.
Она спустилась по ступенькам, наклонилась и… сорвала один из подснежников, растущих прямо у крыльца дома. Все ахнули.
Лариса Ивановна подошла к замершему в недоумении Михаилу Викторовичу и вложила хрупкий стебелек ему в руку.
— Вот он, твой первый цветок. Безо всякого робота. Просто так растет.
Потом она повернулась к дяде Ване:
— Иван Федорович, пойдемте к нам чай пить с медом. А про долги завтра поговорим. Сегодня нельзя.
Затем она обвела взглядом соседей:
— И вы все заходите. На чай. Принесите с собой, кто что может, и приходите. К нам весна пришла! — она посмотрела на мужа. — Дом немного в беспорядке, но душа-то в порядке должна быть.
И тут произошло первое весеннее чудо. Ссора растаяла, как мартовский снег на пригревающем солнышке. Дядя Ваня, почесав затылок, пробурчал:
— Ладно уж, чайку приду попить.
Тетя Таня, отвоевав у робота свою испачканную в весенней слякоти кофточку, даже рассмеялась:
— Стирка — к обновке!
А Михаил Викторович, сжимая в ладони тонкий стебелек подснежника, смотрел на свою жену как на свое самое гениальное изобретение, которое он, к счастью, не придумал, а встретил много лет назад.
Вечером, когда все гости разошлись, выключенный робот мирно стоял в углу, а на кухне царил уютный беспорядок от недавно ушедших соседей.
Михаил стоял у раковины и мыл тарелки с чашками и ложками
— Знаешь, Лариса, а я, кажется, всё понял, — тихо сказал он жене.
— Что именно ты понял? — спросила Лариса, вытирая стол.
— Что природу не надо улучшать. Ей нужно просто радоваться. И что все эти «нельзя» — они не про злых духов, а про нас самих. Не ругаться — чтобы не портить настроение себе и другим. Не плакать — чтобы всегда видеть только хорошее. Поддерживать в доме порядке — чтобы уют был. И долги… Ну, это всегда плохо, не только первого марта.
— Ну, наконец-то, — улыбнулась жена. — Действительно, понял.
— А знаешь, что нужно делать первого марта? — оживился он.
— Что?
— Благодарить! Спасибо тебе, Лариса. За то, что ты у меня есть.
— Да брось ты, — смутилась она, но её глаза светились теплее любого весеннего солнца.
А за окном все больше и больше пахло весной. Днем звенела первая капель, и упрямо пробивались к свету новые подснежники. Не для роботов. Для людей. Для всех, кто сможет остановиться на бегу своей суеты, наклониться и увидеть в этой хрупкой красоте главное чудо природы — бесконечное, тихое и побеждающее любое железо возрождение живой природы. Возрождение жизни.
Интересная статья!