Печь растапливалась из коридора, куда выходила её рабочая часть. Жарочная же плита находилась в самой комнате. Поэтому поддерживать порядок в жилом помещении было немного проще. А колонка, как ни странно, не замерзала даже в самые лютые морозы.
Но бытовые условия — это ещё полдела. Главная же проблема состояла в том, что и отец, и мама работали. А в ясли меня такого, ещё крошечного, отдавать было как-то и жалко.
Поэтому, когда мне исполнилось три месяца, в Воркуту приехала бабушка и забрала меня. Младшему маминому брату, дяде Юре, на момент моего рождения было пятнадцать лет. А через два месяца после того, как и я «прописался» в дедовой и бабулиной хате, ему исполнилось шестнадцать. Это уже девятый класс. Как у нас говорят, парубок. Юноша. Пришло время, когда появился интерес к девчонкам. И, соответственно, к танцам, которые каждую субботу были в клубе, расположенном от нас буквально в паре шагов, его даже из окна видно. Вон он, только на бугор подняться.
На обычной школьной доске, прикрепленной у клуба к двум столбам, каждую субботу обычно так и писали мелом: «После кино — танцы!!!» А какие танцы, если одной из дядькиных обязанностей в то время стало укладывание меня вечером спать?
А спать почему-то я тогда не любил. Соответственно, уложит меня дядька в детскую кроватку, к ножкам которой прикреплены два поперечных чуть изогнутых полоза — так, чтобы её можно было покачивать… Поэтому и назывался этот предмет мебели у нас колыской. От слова «колыхать».
Вот уложит дядька меня в колыску, накроет одеялом, начинает покачивать. А сам время от времени на часы поглядывает: все, кино уже началось. Покачивает, покачивает, а толку — ноль целых. Я глаза вытаращил и пялюсь в потолок, рассматриваю узоры, что на нем нарисовали линии растрескавшейся побелки. Или ворочаюсь. Повернусь на бок и давай уже дядьку разглядывать: качай, мол, качай, я на тебя посмотрю.
А время-то идет! Вот-вот фильм закончится. Танцы уже скоро! Что делать?
Уж не знаю, как дядька догадался, но… Со временем у него в руках оказался безотказный способ моего усыпления. Причем «в руках» — в буквальном смысле этого слова.
У колыски на полу лежал небольшой прикроватный коврик. Именно коврик. Не домотканый половичок, а фабричное изделие с простеньким геометрическим узором. (Мне потом, когда я уже в школу ходил, его показывали. Так что знаю, о чем говорю.) Единственно, коврик-то — напольный, может, поэтому фон у него был довольно темный. Скорее всего, именно поэтому я его очень боялся.
И вот дядька возьмет коврик, приподнимет над кроваткой и покажет мне. А мне стра-а-ашно от этого темного, непонятного, ещё и помалкивающего угрожающе… Ну, я глаза и зажмурю. Изо всех сил! И почти не дышу. И вот так, закрыв глаза, не ворочаясь, лежу. Минуту, другую… А на третьей уже начинаю посапывать.
Все! Усыпил. Ну, дядька и доложит родителям: задание, мол, выполнено. Внук и племянник дрыхнет в колыске без задних… А я тут, это… Можно?!
— Да беги уж, беги, может, хоть хвостик фильма застанешь. А остальное парни после сеанса расскажут.
Да какие там рассказы после сеанса, если… Если после кино — танцы!
Теперь уже серьёзно, люблю деревенские и похожие воспоминания, поскольку сам тоже через многое прошел, включая молочные зубы, отсутствие мест в дошкольных учреждениях и прочие прелести (там и сейчас кстати абсолютно недоступные, но это - к слову).
Жил в малолетстве, да и родился, кстати тоже практически в таком-же бараке в Челябе в начале пятидесятых. Помню до сих пор мудрость, что печь топят "не там, где хотят согреться..."А насчёт незамерзающей колонки всё просто. Если есть "разбор" воды, трубы и системы водоснабжения никогда не замёрзнут.
Что ещё?...
У нас уже в начале шестидесятых на танцах в клубе заводили пластинки на патефоне. Крутили по требованию иногда до полуночи, тем более электричество от дизель-генератора в селе отключали в 20-00. В те времена так боролись за рождаемость народонаселения.))).
Ребята, кстати помню, у нас в селе Галкино, Курганской обл, Шумихинского р-на, в армию бегом бежали, сами просились чтобы призвали. Паспортов ведь у колхозников не было, а после армии человек вместе в Военным билетом получал "вольную"
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Тот самый барак в Овражном. Только я постарше лет на пять.
0 Ответить
Похож, Костя, одно с тобой лицо!
Только извини, конечно, если ты дом на фото считаешь бараком, это обычный хороший сельский дом..
Барак- это совсем другое было строение, рассчитанное на много семей.. Обычно дощатое, редко даже бревенчатое, но довольно часто двухэтажное, с общим коридором и дыркой-туалетом на улице....
Многие бараки сами по-себе сгорели. Потом на том же месте после войны их пленные немцы возводили, используя шлаконасыпные технологии и прочее. Это уже даже и я помню...
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Да, на много семей. Сейчас, конечно, навряд ли скажу тебе на сколько, но тогда мне общий коридор казался длинным-предлинным. Здание, одноэтажное, сам видишь. Брусчатое. Хотя, вполне, возможно и насыпное. Вопросы технологии строительства тогда меня как-то совсем не интересовали...
Насыпной, думаю, вероятнее, - так всё-таки теплее. Плюс зимою барак заносило снегом по самую крышу. Это тоже утепляло здание.
По центру длинной стороны, смотревшей на улицу, было невысокое, на пару-тройку ступенек, крылечко с навесом - вход в барак. Открыл дверь, вошел, попал в небольшой тамбур, от которого направо-налево уходил общий коридор. Прямо напротив тебя - ещё одна дверь. Только уже не входная, а выходная. Это - черный выход, во двор, где стояло дощатое здание сарая. Здание было одно, но дверей - много. Сколько квартир, столько дверей и отсеков в сарае. В основном, сараи были для хранения угля и дров, без которых разжечь уголь невозможно. И то, и другое выписывали у отца на шахте. На дрова шла отработанная рудстойка из старых забоев.
Да, вошел, из тамбура, повернув направо (или налево, неважно) попадаешь в общий коридор. Повернул, пошел по коридору. По правой и левой стороне коридора были двери в жилые комнаты. Не знаю про остальные, у нас была одна комната. Заходишь, налево была печь, за ней небольшой пространство, для той же посуду, скамейка с ведром с водой и дальше поперек комнаты была натянута занавеска от потолка до пола, отделявшая, кухонное пространство от жилого. Прямо напротив входной двери в комнату было огромное, как мне казалось тогда - во всю стену, окно. Его тоже закрывала занавеска. Такая же, как отделявшая комнату от кухни - от потолка до пола. Обе занавески были из легкой материи.
С обоих торцов здания, вход из общего коридора, были такие же общие туалеты. С одной торцевой стены - мужской, с несколькими дырками до центра земли, с другой - женский. Туалеты были неотапливаемые. Зимой в них было холодно.
Вот такой у нас был барак.
Просили реализьму?! Получите.
Да, ещё одна черточка. Через год, меня привезли обратно. Деда остался на хозяйстве, привезли бабушка и дядька.
Потом бабушка часто вспоминала одну, поразившую её вещь. Видимо, и летом было прохладно, надо было протапливать печь. Соответственно, бабушка ходила в сарай и обратно. И во дворе приметила кустик ромашек. И ей показалось, что эти ромашки чуть ли не на глазах, визуально видно, растут. И она пометила рост кустика. Поставила палочку, с нею в рост. И потом вспоминала , что к вечеру, ромашка была в два раза (!!!!) выше палочки: "Як швыдко там все росте... Лито коротке, а надо ж все успить: и выросты, и отцвисты, и шоб семена вызрилы"...
И ещё момент: на севере, тем более, в Заполярье, ромашки очень красивых, хотя бы из-за того, что центральная, желтая, круглая часть у них в разы крупнее, чем у её более южных родственниц. Больше и белый венчик, обрамляющий желтый ромашковый центр. Эта особенность северной ромашки тоже объясняется просто. Север. Насекомых опылителей немного. И чтобы тебя опылили, надо быть не только ярким, но и большим, заметным издали для насекомого-опылителя.
0 Ответить
Да, Костян, тогда действительно- барак, беру свои слова назад.
Сараи я тоже помню. В пятидесятые годы, уже в Сталинграде, взрослые пацаны в сарае от милицейских облав прятали безногого фронтовика-инвалида вместе с его скрипучей и громыхающей тележкой на подшипниках. А мы, мелюзга, таскали ему по возможности еду, что удавалось добыть. В этих же сараях мы и щенков прятали.
Нашли, конечно, потом и инвалида менты, и ловцы собак-щенков...
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Да, Володя... Грустные у тебя истории связаны с этими сараями.
Я с ними как-то и не сподобился поближе познакомиться. У панельной пятиэтажки, в которой нам дали квартиру перед тем, как я пошел в первый класс, деревянных общественных сараев уже не было. Но в квартире, на кухне, стояла обычная печь с варочной плитой, которую можно было топить углем. Такие же стояли во всех квартирах этого дома. На случай, если какая авария на ТЭЦ, чтобы народ зимой не замерз.
И в подвале были кладовки. У каждой квартиры своя. В эти кладовки централизовано (видимо, через ЖЭК) был завезен и складирован уголь.
Но хрущевка. Кухня и так маленькая. А тут ещё и печь. Отец в первый же месяц её сломал, чтобы места на кухне стало хоть чуть побольше. В принципе так же поступили и остальные жильцы. Насколько я знаю, никаких наказаний за это самоуправство не последовало. А в подвал мы с пацанами не лазили. Во-первых, он почти все время был на замке. А во-вторых... Нафигсон нам этот подвал, когда на улице и так, делов - во! Выше крыши..
0 Ответить
Прочитал коммент маме. Она уточнила, что квартир в бараке было 19.
0 Ответить
Самокритично описано, но...
Реалистичнее, Костя, надо было! Из люлька надо всю правду говорить, не скрывая!
Все же понимают, времена не нынешние...
Ни памперсов не было, ни прочих прибамбамов.
Можно было бы и оживить детские воспоминания!
)))
Оценка статьи: 5
0 Ответить