Потом читала еще, и количество очень хороших стихов, в моём понимании, росло. Он стал для меня выдающимся поэтом, одним из самых любимых, странных и прекрасных. Читать Бродского — подлинное наслаждение.
Его стихи богаты сложными словесными конструкциями, переносом мысли, продолжением фразы в следующую строку, несовпадением границ предложения и строки. Он нарушает грамматику, прибегает к неправильной речи и в предмете изображения, и в языке. Бесконечные сложные предложения, бесконечное развитие мысли. Поэтому поначалу его сложно читать. Но когда вникаешь… Каждое высказывание уточняет и «судит» себя.
Бродский из тех, кто понимает, что жизнь бессмысленна, и пытается найти опору в высшем. Таким высшим началом выступает у него в стихах Время. Оставаясь один на один с Языком и Временем, он теряет связь с миром вещей, покидает тело и поднимается над землёй, но и оттуда продолжает четко и равнодушно видеть оставленный внизу мир.
Иосиф Бродский родился 24 мая 1940 года в Ленинграде. В 16 лет бросил школу и поступил учеником фрезеровщика на завод. Это было связано и с проблемами в школе, и с желанием поддержать семью материально.
Месяц он умудрился проработать в морге, но быстро отказался от медицинской карьеры. В течение пяти лет после школы Бродский работал истопником, матросом, рабочим в геологических экспедициях. Он много читал — поэзию, философию, религиозную литературу, начал изучать английский и польский языки.
В 1960 году состоялось его первое публичное выступление в ленинградском ДК. Чтение стихотворения «Еврейское кладбище» вызвало скандал. В том же году Бродский знакомится с А. Ахматовой и становится одним из «ахматовских подопечных». Она сразу оценила талант Бродского и всегда поддерживала его.
В 1962 году Бродский встретил художницу Марину Басманову. Первые стихи с посвящением «М.Б.» написал в том же году. Они расстались в 1968 году после рождения сына.
В 1963 году в газете «Вечерний Ленинград» появилась статья «Окололитературный трутень». Поэт клеймился за «паразитический образ жизни». Одно стихотворение было исковеркано так: первая строчка «Люби проездом родину друзей» и последняя «Жалей проездом родину чужую» были объединены: «люблю я родину чужую». Было ясно — это сигнал к преследованию. Тем не менее, больше, чем клевета, его занимал в то время разрыв с Басмановой. Душа по-прежнему ищет возлюбленную, которая изменила, испепелила чувства… На этот период приходится и попытка самоубийства.
Вскоре газета снова опубликовала подборку «писем читателей» с требованиями наказать «тунеядца Бродского». В феврале 1964 года его арестовали, и тогда же у него случился в камере сердечный приступ. С этого времени Бродский страдал стенокардией, которая всегда напоминала ему о близости смерти. Отсюда — «Здравствуй, мое старение!», и это в 33 года! И — «Что сказать мне о жизни? Бродский был уверен, что не доживёт до 40 лет.
После первого суда поэт был помещен в психбольницу, где пробыл 3 недели и был признан здоровым. Второй суд состоялся в марте 1964-го. Приговор — высылка в Архангельскую область на 5 лет с привлечением к физическому труду.
Бродский называл это время самым счастливым в своей жизни. Там он изучал английскую поэзию. «Помню, как сидел в маленькой избе, глядя через квадратное, размером с иллюминатор, окно на топкую дорогу с бродящими по ней курами, наполовину веря тому, что я только что прочёл… Я просто отказывался верить, что ещё в 1939 году английский поэт сказал: Время… боготворит язык, а мир остался прежним».
Суд над поэтом привёл к возникновению правозащитного движения в СССР и к усиленному вниманию за рубежом к ситуации с правами человека.
В 1965-м Бродского приняли в группу писателей, что позволило далее избежать обвинений в тунеядстве.
В 1972-м поэта поставили перед выбором: эмиграция или тюрьма и психбольница. К тому времени он уже проводил по несколько недель в псих. клиниках, что было для него намного страшнее тюрьмы. Выбрав эмиграцию, поэт пытался оттянуть день отъезда, но власти хотели спровадить его как можно быстрее.
Он уезжает по израильской визе, но оседает в США. Бродский вылетел из Ленинграда в Вену. В Австрии он был представлен У. Одену, по приглашению которого участвовал в Международном фестивале поэзии.
Покидая Родину, Бродский пишет письмо Брежневу: «Уважаемый Леонид Ильич, покидая Россию не по своей воле, я решаюсь обратиться к Вам с просьбой, право на которую мне дает твердое сознание того, что все, что сделано мною за 15 лет литературной работы, служит и еще послужит только к славе русской культуры, ничему другому. Я хочу просить Вас дать возможность сохранить мое существование, мое присутствие в литературном процессе. Хотя бы в качестве переводчика — в том качестве, в котором я до сих пор и выступал». Его просьба осталась без ответа.
Спустя месяц в эмиграции, Бродский начал работать в должности профессора на кафедре славистики Мичиганского университета: преподавал историю русской литературы, поэзии; теорию стиха. Не окончивший даже школы, он работал в шести американских и британских университетах.
В 1980-м Бродский получил гражданство США и в 1981 году переехал в Нью-Йорк. Продолжая писать на английском, он получил признание в научных и литературных кругах США и Великобритании, был удостоен Ордена Почётного легиона во Франции.
В 1986 году написанный по-английски сборник эссе «Меньше единицы» был признан лучшей литературно-критической книгой года в США. А в следующем году Бродский стал лауреатом Нобелевской премии по литературе, которая была присуждена ему за «всеобъемлющее творчество, насыщенное чистотой мысли и яркостью поэзии». Нобелевская премия принесла материальную независимость и новые хлопоты.
В Стокгольме на вопрос, считает он себя русским или американцем, Бродский ответил: «Я еврей, русский поэт и английский эссеист».
Родители Бродского 12 раз подавали заявление с просьбой разрешить им повидать сына. Но даже после того, как он перенёс операцию на сердце в 1978 году и из клиники было написано официальное письмо с просьбой позволить родителям приехать в США для ухода за больным сыном, им было отказано. Мать поэта умерла в 1983 году, вскоре умер и отец. А сыну не позволили приехать на похороны.
В интервью Бродский всегда противился навязываемому ему образу борца с Советской властью: «Мне повезло, другим людям доставалось гораздо больше, им приходилось тяжелее.»; «…считаю, что я всё это заслужил»; «Не так уж это всё и интересно. Я отказываюсь всё это драматизировать!»
С началом перестройки в СССР стали публиковаться стихи Бродского и статьи о нём, начали выходить книги. В 1995 году ему было присвоено звание Почётного гражданина Санкт-Петербурга. Последовали приглашения вернуться. Бродский откладывал приезд, его смущала публичность: чествования, внимание прессы, которыми бы сопровождался его визит. Одним из последних аргументов было: «Лучшая часть меня уже там — мои стихи».
Однако наверняка тут была и обида за то, что ему не разрешили приехать на похороны родителей. Поэтому он отклоняет предложения, но в то же время поддерживает и пропагандирует русскую культуру.
Иосиф Бродский умер во сне от инфаркта в ночь на 28 января 1996 года, в Нью-Йорке. Ему было 55 лет. Похоронен в одном из своих любимых городов — Венеции. В ноябре 2005 года во дворе филологического факультета Санкт-Петербургского университета был установлен первый в России памятник И. Бродскому.
Татьяна Грибанова, Почему Вы это Произведение называете антиодой?Что здесь анти?Это пророческое стихотворение.Поэт заранее увидел и прославление Мазепы и присвоение Героя Бендере.Так что это не только Ваше ИМХО,но и мое,а так же многих людей которые не признают предательство.К стати,после этого произведения мне как-то легче стал понятен стиль письма Бродского.И вообще,если то что Вы о нем написали соответствует действительности,я его еще больше стал уважать.Спасибо за информацию.
0 Ответить
И Вам спасибо.
0 Ответить
Спасибо всем
0 Ответить
Владимир Сычев
Воистину: провокация - мать революции!
, Думаю , сейчас начнется...
Ай, молодца! Так реанимировать тему!
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Татьяна Грибанова, И гражданин замечательный.Иосиф Бродский
НА НЕЗАВИСИМОСТЬ УКРАИНЫ
Дорогой Карл Двенадцатый, сражение под Полтавой,
слава Богу, проиграно. Как говорил картавый,
время покажет — кузькину мать, руины,
кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелено-квитный, траченый изотопом,
— жовто-блакитный реет над Конотопом,
скроенный из холста: знать, припасла Канада -
даром, что без креста: но хохлам не надо.
Гой ты, рушник-карбованец, семечки в потной жмене!
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
с залитыми глазами жили, как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря в мундире,
по адресу на три буквы на все четыре
стороны. Пусть теперь в мазанке хором Гансы
с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
а курицу из борща грызть в одиночку слаще?
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе, хватит.
Плюнуть, что ли, в Днипро: может, он вспять покатит,
брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый
отвернутыми углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом! Вашего неба, хлеба
нам — подавись мы жмыхом и потолком — не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду.
Кончилась, знать, любовь, коли была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом!
Вас родила земля: грунт, чернозем с подзолом.
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не дает вам, кавунам, покоя.
Ой-да левада-степь, краля, баштан, вареник.
Больше, поди, теряли: больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза,
Нет на нее указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи!
Только когда придет и вам помирать, бугаи,
будете вы хрипеть, царапая край матраса,
строчки из Александра, а не брехню Тараса.
0 Ответить
Владимир Сычев, не все так однозначно. Считаю эту антиоду обращением Иосифа Александровича ко всему упадочническому миру. а брань поэта показывает неравнодушие автора.
Нимношко истории: это стихотворение Бродский впервые прочитал 28 февраля 1994 г. в Нью-Йорке, где его записали на магнитофон и потом переписали с ошибками.
А по сути Бродский имел право сказать это. разве нет? Его слегка перехлестнуло, да и он сам это потом понял, и поэтому просил не печатать это стихотворение.
Не кажется Вам, что текст построен на том, что как бы один стереотип говорит о другом стереотипе? мм?
и да, точно так же можно поговорить и о ксенофобии Пушкина - "Клеветникам России". так что давайте оставим кесарю кесарево.
Имхо, слова Бродского оказались пророческими.
0 Ответить
Насчет гражданина не знаю
, а вот поэт - очень хороший.
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Татьяна Грибанова, хороший был поэт.
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Вупи Голдберг тоже поначалу работала в морге.
0 Ответить
Сначала в бездну свалился стул,
потом - упала кровать,
потом - мой стол. Я его столкнул
сам. Не хочу скрывать.
Потом - учебник "Родная речь",
фото, где вся моя семья.
Потом четыре стены и печь.
Остались пальто и я.
Прощай, дорогая. Сними кольцо,
выпиши вестник мод.
И можешь плюнуть тому в лицо,
кто место мое займет.
1966г.
Как бы и добавить нечего - всё понятно. Даже если написать роман, понятнее не станет...
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Бродский мог быть гражданином любой страны, двойного гражданства или вовсе без гражданства. Поэт он - русский!
Оценка статьи: 5
0 Ответить
"Я еврей, русский поэт и английский эссеист».
Лучше на скажешь- как в капле росы всё отражено!
Оценка статьи: 5
0 Ответить