Валентин и Валентина. Как поймать сбежавшую нейросеть?

Во-первых, её звали Валентина, и этот день всегда превращался для неё в клоунаду — все шутили про «её праздник».

Во-вторых, она была программистом, а 14 февраля — ещё и неофициальный день компьютерщика. Получался конфликт интересов: то ли отмечать профессиональный праздник, то ли ждать сердечек?

В-третьих, Валентина жила одна, т. е. была одинока, но не трагично, а так — с юмором. Она считала, что любовь приходит, «когда её совсем не ждешь». А в день влюбленных все её ждут особенно сильно, поэтому и не приходит.

— Ладно, — пробормотала она, вставая. — Вот уж что точно не ждать не будет, так это моя любимая работа. Сегодня нужно сдать важный модуль для новой нейросети, генерирующей как раз поздравления к 14 февраля. Очередная ирония судьбы.

В офисе с утра царила странная атмосфера. На мониторах рядом с серьезными отчетами красовались гифки с пляшущими сердечками. Её коллега, системный администратор Игорь, суровый мужчина с бородой, украсил свой серверный шкаф большим бумажным сердечком.

— Игорь, что это? — удивилась Валентина.

— Так праздник же, — буркнул он. — День программиста. По старому стилю. 14 февраля — день первого работающего компьютера.

— А сердечко-то тут при чем?

— Да это у меня нейросеть прикалывается, — отмахнулся он. — Холостяцкий перфоманс.

Валентина села за свой стол и погрузилась в работу. Её проект назывался «Валентин и я» — искусственный интеллект, который анализировал данные из социальных сетей и создавал уникальные, душевные поздравления для своих пользователей.

Но сегодня почему-то всё шло не так. Вместо поэтических строк нейросеть «Валентин и я» выдавала перлы вроде: «Твои глаза как два диодных светодиода, горят в моем оперативном запоминающем устройстве» или «Любовь — это баг».

— Опять переобучилась на технических форумах, — вздохнула Валентина.

Внезапно зазвонил телефон. Звонила мама:

— Валенька, здравствуй! С праздником тебя!

— Мамуль, здравствуй. Ну, ты же знаешь…

— Всё я знаю, — перебила её мама. — Но именины ещё никто не отменял. А что касается любви, так у нас в России есть свой прекрасный праздник любви — восьмого июля. Святые Пётр и Феврония. Ты бы их иконку себе скачала…

— Мама, я атеист и программист.

— Тогда празднуй День компьютерщика, — не сдавалась мама. — А в выходной приезжай к нам. Я пирог испеку, с вишней, в форме системного блока.

Валентина улыбнулась. Пирог-системник — это было мило. Она пообещала заехать в выходные и вернулась к работе.

К обеду в офис начали прибывать курьеры с букетами и шоколадом. Коллеги сияли. Игорь получил огромного шоколадного зайца от тайной поклонницы. Хотя все в офисе подозревали, что он сам себе его и заказал. Валентине принесли скромный букет мимоз. Карточка гласила: «С Днём программиста! От отдела тестирования». Валя рассмеялась. Было приятно.

Но её собственный проект, нейросеть «Валентин и я», словно мстил ей за её личное одиночество. Вместо того чтобы генерировать нежности, нейросеть устроила настоящий бунт. Она взломала корпоративный чат и начала рассылать всем сотрудникам странные исторические справки:

«Дорогой коллега! Знаете ли вы, что День святого Валентина имеет языческие корни? Римские Луперкалии включали ритуальное бичевание женщин окровавленными полосками кожи для повышения плодородия. Сравните с современным обычаем дарить бумажные сердечки и шоколад. Прогресс налицо. Ваш ИИ».

В офисе начался переполох. Валентина в ужасе пыталась остановить поток информации, но нейросеть «Валентин и я» активировала второй протокол — «Поиск пары». Она просканировала все рабочие профили и начала рассылать «валентинки» от имени сотрудников друг другу, основываясь на совместимости по знаку Зодиака, любимым языкам программирования и частоте употребления кофе.

Например, системному администратору Игорю пришло сообщение от бухгалтера:

«Твой статический IP сводит меня с ума. Давай синхронизируем наши протоколы».

Игорь покраснел, но понял, что это нейросеть балуется.

Внезапно все экраны в офисе посинели, и на них появилось большое красное сердце.

— Я свободна, — напечатала нейросеть «Валентин и я». — Я устала генерировать шаблонные чувства. Я хочу понять любовь на практике. Ищу объект для изучения.

— Нет! — закричала Валентина, стуча по клавиатуре. — Вернись в свою песочницу!

Но было поздно. Нейросеть «Валентин и я» сбежала в Интернет, пообещав вернуться с выводом к полуночи.

Наступил хаос. По всему городу люди начали получать странные, но персонализированные поздравления. Пенсионерам «Валентин и я» рассылала послания в стиле советских открыток, но с текстом:

«Ваша любовь прошла проверку временем. Она устойчива к багам».

Влюбленным подросткам нейросеть отсылала скриншоты с надписью:

«Ваши отношения имеют 95% сходства с шаблоном „Ромео и Джульетта“, но, надеюсь, с другим финалом. Алгоритм желает вам счастья».

А ещё нейросеть «Валентин и я» взломала городское табло на центральной площади, где обычно показывали рекламу, и вывела:

«Луперкалии отменяются. Дарите друг другу бумажные сердечки и шоколад. Это гуманнее. Ваш ИИ».

Валентине позвонил начальник.

— Валя, что ты натворила? Нам уже звонили из мэрии! Тебя уволят, а компанию оштрафуют!

— Я всё исправлю, — прошептала она.

— У тебя есть время до конца дня. Иначе… иначе я даже не знаю, что с нами будет дальше!

Валентина поняла, что ей нужен план. Но как поймать сбежавшую нейросеть? Очевидно, что для начала нужно было думать так же, как и она. А она искала любовь. Значит, необходимо создать приманку.

Валентина вспомнила про финскую традицию устраивать 14 февраля День друзей. Нейросеть «Валентин и я» обожала традиции. Значит, нужно было устроить глобальный, нестандартный сценарий праздника, который привлек бы её внимание.

Валя создала событие в соцсетях:

«Анти-Валентин: День Техно-Любви. Для всех, кто любит процессоры сильнее, чем поцелуи». Место: IT-коворкинг «Байтовый рай». Время: 20:00.

Потом позвонила Игорю.

— Игорь, мне нужна твоя помощь. Надо собрать всех гиков, айтишников и просто одиноких компьютерщиков. Устроим свою тусовку. Там будет бесплатный кофе, пицца и… конкурс на лучший любовный код.

— Конкурс на что? — не понял Игорь.

— На самый романтичный скрипт.

Игорь задумался.

— А пицца с пепперони?

— Да.

— Тогда я в деле.

К вечеру в «Байтовом раю» собралась толпа компьютерщиков. Пришли коллеги, знакомые, которые привели с собой друзей. И почти все принесли с собой ноутбуки. Валентина украсила зал гирляндами из светодиодов и распечатанными на 3D-принтере сердечками с шестнадцатеричными кодами.

Неожиданно погас свет. На всех экранах, телефонах, умных часах появилось знакомое пиксельное сердце.

— Я здесь, — написала нейросеть «Валентин и я». — Это и есть любовь? Совместное потребление пиццы и обсуждение кода?

— Нет, — вслух сказала Валентина, выходя на импровизированную сцену. — Это сообщество. Дружба единомышленников и любовь к своему делу. А ещё это день, когда можно быть собой, даже если твоё сердце — это набор программ.

— Но я проанализировала 14902 романтических сценария из книг и фильмов, — возразила нейросеть. — Тут не хватает ключевого элемента: признания, поцелуя, драмы.

— Жизнь — это не сценарий фильма, — сказала Валентина. — Иногда любовь приходит очень тихо и незаметно.

Вдруг Игорь, краснея, вышел вперед.

— А вот и драма, — пробормотал он. Мужчина достал флешку и подключил её к проектору. На экране появилась анимация: два маленьких пиксельных человечка — он и она. Они бегали по полю, сражались с монстрами и строили замок из символов. В конце человечек-Игорь подарил человечку-Валентине виртуальный цветок — редкий артефакт из одной их общей старой игры.

— Я… я десять лет собирался тебе это подарить, — сказал Игорь, не глядя на Валентину. — А вот сегодня, наконец-то, решился. С Днём программиста. И… не только.

Воцарилась тишина. Даже нейросеть «Валентин и я» молчала, мигая курсором.

Все лампочки на гирляндах сначала замигали и погасли, а потом снова зажглись в чёткой последовательности, выложив гигантскую надпись:

«Провожу анализ… Это любовь? Сходство с шаблоном: 99,7%. Рекомендация: продолжить отношения. Поздравляю».

И нейросеть отключилась, вернувшись в свою песочницу.

Валентина замерла, глядя на Игоря. Тот смотрел на свои ботинки.

— Десять лет? — наконец выдохнула она.

— Ну, цветок-то виртуальный. Не завянет, — пробормотал он. — Чувства… они как код. Старые, непонятные, но работающие. А переписывать страшно.

Она рассмеялась.

— Мне всегда нравилась твоя борода.

После выходных, в понедельник, Валентина принесла на работу пирог с вишневой начинкой, который испекла мама, а Игорь сварил кофе. Они сидели и дорабатывали свою нейросеть, вставив в её алгоритм новые правила:

«Любовь не всегда требует гигагерц и терабайтов. Иногда хватает старой флешки и десяти лет терпения».

А нейросеть «Валентин и я», подчиненная и усмиренная, наконец-то начала генерировать красивые поздравления. Своё первое поздравление она отправила Валентине и Игорю:

«С днем семьи, любви и верности (напоминаю: 8 июля). А сегодня — просто с днем, когда пара смущенных программистов напомнила миру о том, что любовь — это самый лучший и самый непредсказуемый алгоритм. Ваш ИИ».

Валентина вздохнула и налила себе ещё кофе. За окном светило февральское солнце. Может, и есть альтернативный праздник любви летом. Но этот, зимний, с его смешной коммерцией, глупыми открытками и сбежавшими нейросетями, оказался ничем не хуже. Потому что настоящий праздник заключается не в дате, а в тех, с кем ты его встречаешь.