Почему неверная информация называется газетной уткой?

Когда же именно произошли эти слова, и что дало им начало?

На вопрос, почему утка газетная, не надо ломать долго голову, так как ответ очевиден. Газета до сего дня была самым доступным источником информации, издающимся в наиболее короткие сроки, нежели журналы или другой печатный носитель информации. Радиовещание и телевидение, популярные сегодня источники знаний, появились не так давно и в нашем разбирательстве участвовать не могут.

В общепринятом понимании газетная утка — это заведомо ложная информация, опубликованная в газете в качестве шутки и безобидного розыгрыша для привлечения читателей (например, первоапрельские шутки). Или же целенаправленная дезинформация, представленная для достижения зловредных целей (клеветы, оговора). Ученые считают, что это калькированный европеизм, и слово «утка» не находит полного обоснования в свойствах и процессах русской лексикографической традиции.

В русском языке слово «утка» не подверглось семантическим изменениям путем смыслового переноса «внутренней формы» слова, связанной с историческими или национальными особенностями. Считается, что слово «утка» — это результат чужеязычного влияния, связанного с переводом иностранной литературы 50-х годов XIX века. Взаимопроникновение иностранных слов определяется не прямо выраженным их содержанием, а ассоциациями, которые вызываются ими в сознании и подсознании читателя.

Есть несколько версий, объясняющих причины, почему опубликованную ложь называют «уткой». Одна из самых распространенных версий говорит о том, что слово «утка» на немецком языке произносится как «Ente», и то же звучание имеет аббревиатура N.T., означающая первые буквы выражения «Non testatum» (Не проверено), которой редакторы газет обычно отмечают непроверенную информацию сомнительного характера.

Другая распространенная версия относит появление выражения «газетная утка» к началу восемнадцатого века, связывая его с брюссельским журналистом Корнелиссеном, который якобы опубликовал в газете информацию об ужасном эксперименте над двадцатью утками. Уток по одной разрубали на части и скармливали оставшимся птицам, пока не осталась одна, сожравшая девятнадцать своих сородичей.

Приводится и версия о том, что в начале девятнадцатого века в газете была напечатана заметка об оригинальном способе ловли уток. Крупный желудь, отваренный в травах со слабительным действием, привязывали к тонкому крепкому шнурку и бросали в воду. Утка сразу проглатывала желудь, он из-за слабительного действия травяного отвара быстро проходил вместе со шнурком через организм птицы и выходил наружу.

Утка оказывалась нанизанной на шнурок, а желудь, вышедший из утки, проглатывался второй уткой, с ней происходило то же самое, затем третья — и т. д. В этой истории говорится о том, что один человек таким образом поймал 20 уток, которые затем взлетели и подняли его в воздух. Якобы с тех пор выражение «утка» стало применяться ко всем заведомо ложным известиям.

Сейчас ложной информации печатается много, в так называемой желтой прессе. Не заостряя внимание на публичной лжи, остановимся только на вариантах, связанных с утками. Мы увидим, что утиные истории имеют более ранние по времени аналоги и повторяются. История о прожорливости уток, сожравших своих товарищей по стае, не имеет никакого смысла и логики, поэтому в качестве первоисточника искомого выражения служить не может.

История об утках, глотавших желуди, имеет смысловой перенос, обладает «внутренней формой» слова, а также имеет более раннее происхождение (1791 год) и авторство Иеронима Мюнхгаузена. В детстве многие читали истории барона Мюнхгаузена, в которых была и та, где он летал на утках, только в качестве приманки там, если мне не изменяет память, был кусок сала.

Иероним Мюнхгаузен долгое время жил в России и, дослужившись до звания ротмистра кирасирского полка, вернулся на родину, где и сочинил истории о своих приключениях, которые от его имени опубликовали Рудольф Эрих Распе и Готфрид Август Бюргер. Однако сочетание утки и желудя также можно найти.

Знатоки английского языка говорят, что слово barnacle означает одновременно казарку (птицу из отряда гусиных) и маленькое усоногое ракообразное, называемое в просторечии морской уточкой. Это морской моллюск, имеющий головку, похожую на клюв. Морские уточки — это усоногие рачки, одно из названий которых — морские желуди. Питаются морские уточки планктоном, и «сожрать» друг друга (как в первой истории) не могут.

Наиболее вероятной историей, послужившей причиной рождения крылатой фразы об «утке», является та, о которой упоминает в своих книгах Елена Блаватская. Она писала о том, что в XVI веке ученые считали, что существует вид морских птиц, которые вылупляются из плода определенного дерева, произрастающего на побережье моря. Ветви деревьев обычно погружены в воду и имеют плоды, которые постепенно превращаются в определенный вид ракообразных, из которых уже через какое-то время возникает морская птица, известная в старых книгах по естественной истории как «морская уточка».

Одним из ученых, верящих в «морскую уточку», был Джон Джерард, ботаник, написавший об утином дереве в своей ученой работе, опубликованной в 1596 году. Отсюда, по всей вероятности и пошла информация об утином дереве, в плодах которого зарождаются дикие утки. Сообщается, что Джерарда поддерживали и другие ученые.

Сегодня, по прошествии многих лет, мы видим, что и ученым свойственно ошибаться.