Игорь Хентов
- Профиль
- Комментарии
-
-
- Статус
- Читатель
Дата регистрации: 23.03.2019
Последний раз был(а) на сайте: 23.10.2020 в 13:49
Последние комментарии
ГЕНЕРАЛ КРЕЙЗЕР
В небе нагло кривлялся «Мессер»,
И страх смерти застыл на лицах –
Комдив Яков Григорьевич Крейзер
Своей грудью прикрыл столицу.
Невысокий, при этом, статный,
Шёл дорогой войны умело.
Что еврей, и ежу понятно –
Совершенно не в этом дело.
Ах, как Дона болели раны,
К травам как припадали маки!
Как фельдмаршала Гудериана
Полыхали кострами танки!
Путь к Берлину – не «аты-баты»,
Не осилишь легко и скоро.
Как любили его солдаты –
Своего генерал-майора,
Генерал-лейтенанта вскоре,
Тыла крысам смешным на зависть,
А на лицах уже не горе –
В сочетании с верой радость.
Над рейхстагом взметнулось знамя,
В стылый прах обратился фюрер.
Память светлая павшим! Амен!
…Заревели иные бури,
И не фюрер уже, а Сталин
Юдофобии дал отмашку –
Яков Крейзер прочнее стали
Оказался в час самый тяжкий,
Ведь одно – бить врага в окопе,
Вырывая нацизму горло,
А иное – перечить Кобе,
По команде не сделав подло.
Ничего нет страшней погрома –
Тот, кто помнит и ныне плачет,
А врачи оказались дома –
Было так и никак иначе.
Пусть для многих правдивый – crazy* -
Им налево, а нам направо.
Несгибаемый Яков Крейзер,
Уважение Вам и слава!
Прим. * безумный, англ.
БАНКИР ХАИМ СОЛОМОН
Жизнь еврея… то редьки чуть слаще, то горше,
И метались евреи за счастьем по странам,
И в Нью-Йорк Хаим прибыл из Лешно, что в Польше,
Чтоб хоть в США поглядеть на небесную манну.
А Америка билась за вольную волю
Не на жизнь, а на смерть с львом британским могучим –
В Филадельфии Хаим нашёл свою долю,
И, как мог, разгонял над Америкой тучи:
Хаим первым в стране мудрым стал финансистом –
Что издревле присуще иным Соломонам,
(Жил бы позже, бесспорно, примкнул к сионистам),
Патриотом страны и, конечно, масоном.
Хаим то собирал, то разбрасывал камни –
В данном случае, мысли свои и идеи,
И молились Творцу под извечное «амен»
Протестанты, католики и иудеи.
Пережил приговоры, и пытки, и тюрьмы,
И был выброшен жизнью, как шхуна на берег,
Находя Вашингтону искомые суммы,
Сам остался с детьми и женою без денег.
Правда или неправда – мы ныне не знаем:
Напечатан на долларе США могендовид –
Виноват, ходят слухи, в деянии Хаим,
Приведя Вашингтону весомый свой довод.
Человек после смерти – горсть стылого праха,
Но Вс-вышним всегда у черты узнаваем.
Стоит памятник в городе славном Чикаго:
Моррис*, Вашингтон в центре и Соломон Хаим.
Прим. *суперинтендант финансов США
ТРУМПЕЛЬДОР
«Хорошо умереть за Родину!» - Иосиф Трумпельдор.
Живут на свете люди, чьи души выше гор
И шире океанов, что в их лежит основе:
Сын Вульфа-кантониста – Иосиф Трумпельдор
Родившись в Пятигорске, жил в городе Ростове.
Окраинным народам давался тяжко хлеб
Во взращенном под плетью великом русском царстве,
Но самой горемычной из всяческих судеб
Была судьба еврея в Российском государстве.
Просил Иосиф Б-га в одной из синагог
О счастье человечьем и, видно, потому-то
Открылась Трумпельдору одна из тех дорог,
Что вывела на волю из сирого галута.
Вела дорога к свету и снятию оков,
Петляла, чтоб пробиться среди различных …измов,
И Трумпельдор Иосиф встал без ненужных слов
Под Герцля Теодора знамёна сионизма.
Лились ручьями слёзы, звенел весёлый смех –
Еврейские богатства – не больше и не меньше,
И чтоб достигнуть цели и обрести успех,
На фронт ушёл Иосиф, как воин и как фельдшер.
Стал унтер-офицером. Георгиевский крест
Сиял, как на параде – Иосиф был героем,
И раз, во время боя – неважно, там иль здесь –
Остался, как Сервантес, лишь с правою рукою.
А дальше сумасшедшей неслись чредою дни:
Россия, Палестина, арабы, англичане…
А дальше Трумпельдора мечты и даже сны
Неясно проявлялись в причудливом тумане.
Одной рукой сражался, порой, пахал, как вол,
Свою родную землю под солнцем Иудеи,
Чтоб маленький ребёнок не бос был и не гол
И обрели Отчизну гонимые евреи.
Иосиф мало прожил – всего лишь сорок лет,
Но каждый год героя сравним с теченьем века.
Есть доля Трумпельдора в любой из всех побед
Израиля, и мира, и просто человека.
Его сразила пуля в бою, в недобрый час,
И дух его, бесспорно, витает в кущах Рая,
И тихо прозвучали слова в последний раз:
«Я счастлив, хорошо ведь погибнуть за Израиль!»
Сергей Дмитриев, вот как раз стиль 80-х - уже давно вошёл в моду. Ещё в конце 90-х некоторые мотоциклы выпускались в обвесе "под 80-е" - с...