Была ли жена двух декабристов Наталия Фонвизина-Пущина прототипом Татьяны Лариной?

Поэт ограничился одной фразой:

«А та, с которой образован
Татьяны милый идеал…
О много, много рок отъял!»

Современники поэта считали, что отдельные черты своей героини он «позаимствовал» у Наталии Фонвизиной, у которой и на самом деле «много рок отъял». Упоминать имена государственных преступников и их жен, последовавших за ними в Сибирь, строжайше запрещалось. Возможно, именно из-за этого Пушкин и ограничился странной фразой про отъявший рок.

Наталия Дмитриевна была женщиной удивительной. Ей посвящали стихи Василий Жуковский, Александр Одоевский, Сергей Дуров. Лев Толстой собирался сделать её главной героиней романа «Декабристы». О ней с признательностью вспоминал Федор Достоевский, которого она посетила в пересыльной тюрьме, а затем многие годы поддерживала в письмах. Её дом в Сибири, куда бы она ни переезжала вслед за мужем, сразу же становился центром притяжения для многих людей.

Судьба будущей декабристки начиналась вполне обычно, ничто не предвещало тот водоворот событий, в центре которого она вскоре окажется. Наталия родилась в семье предводителя костромского дворянства Дмитрия Апухтина в родовом имении Отрадное, раскинувшемся на берегу тихой речушки Унжи. Девочка с детства была мила, все шло к тому, что в юности она превратится в настоящую красавицу. Даже Жуковский написал восьмилетней прелестнице в альбом:

Пройдет пять лет и десять дней,
Ты будешь страх сердец и взоров восхищенье!

Не ошибся маститый стихотворец. Как только девушке исполнилось шестнадцать, буквально посыпались предложения руки и сердца от отпрысков соседских помещиков. Но замуж Наталия не спешила и всем отказывала, родители же, вздыхая, соглашались с мнением дочери.

Вскоре к Апухтиным стал заезжать гостивший у соседей молодой чиновник из Москвы, чьи ухаживания и умные разговоры Наталия встречала с все возрастающим интересом. Казалось, дело идет к свадьбе. Сюжет почти как в «Евгении Онегине», только без дуэли. Внезапно молодой человек пропал, оказалось, он наводил справки об имении и состоянии Апухтина, бывшего в это время на грани разорения.

Наталия тяжело переживала внезапный отъезд человека, которого практически считала своим женихом. Она стала набожна, проводила время в молитвах и даже попыталась уйти в монастырь, сбежав для этого из дома. В поисках девушки участвовали многие соседи. Перехватили её уже на подступах к монастырю, почти в 90 километрах от имения, и как-то уговорили вернуться домой.

А вскоре к Наталии посватался прославленный генерал Михаил Фонвизин, приехавший ради этого в имение в парадном мундире, украшенном боевыми орденами. Правда, увидел Наташу он не на балу в Благородном собрании, как будущий супруг Лариной, а знал с детства, так как был родственником её матери. Ему была известна история неудачной любви и побега в монастырь своей избранницы, поэтому он не настаивал на немедленном ответе.

Согласие Наталия дала только через несколько месяцев. Собственно, о любви речь тогда и не шла. Позднее она вспоминала о тех событиях:

«Вот я и замуж согласилась более выйти потому, что папенька был большой суммой должен матери Михаила Александровича и свадьбой долг сам квитался, потому, что я одна дочь была и одна наследница».

Поневоле вспоминается «но я другому отдана и буду век ему верна».

В сентябре 1822 года сыграли свадьбу. Молодые поселились в подмосковном имении мужа, но не чурались и светской жизни, охотно ездили к соседям и в Москву, где у Фонвизина был большой особняк. Все было практически как у Пушкина:

«Но вот толпа заколебалась, По зале ропот пробежал… К хозяйке дама приближалась, За нею важный генерал».

Вскоре в семье родился первенец, названный Дмитрием. Казалось, впереди их ждет счастливая и спокойная жизнь. Все изменилось в декабре 1825 года, когда Фонвизин был арестован. Несмотря на беременность, Наталия бросилась за ним в Петербург. Ей даже удалось добиться свидания с супругом. Перспективы были безрадостные, хотя в обществе и считали, что благодаря заслугам генерала помилуют, в худшем случае — сошлют на Кавказ.

Решение суда вызвало шок: осуждение по третьему разряду, ссылка в каторжную работу на 15 лет, а потом на вечное поселение. Правда, император, пообещавший удивить «Европу своим милосердием», уменьшил каторгу до 12 лет. И на самом деле «удивил» — перевел с третьего разряда в четвертый. К этому времени у Наталии родился сын, названный в честь отца Михаилом, увидеть которого Фонвизину уже не было суждено.

Вслед за мужем Наталия отправилась в Сибирь. Её ждала суровая, полная лишений жизнь, но о своем решении она никогда не жалела. В Сибири у неё родились еще два сына, умершие в младенчестве.

В 1832 году Михаилу Фонвизину по амнистии разрешили выйти на поселение, определив сначала в Енисейск, затем в Красноярск, а с 1838 года в Тобольск, считавшийся в то время столицей Сибири. В Тобольске в пересыльной тюрьме Наталия встречалась с Достоевским и петрашевцами, от которых узнала, что и её старший сын, умерший к тому времени от чахотки, был членом их организации. Вскоре пришло известие и о смерти сына Михаила.

Из близких родственников у четы Фонвизиных остался только Иван, брат Михаила Александровича. Он-то и выхлопотал старшему брату в 1853 году амнистию и право возвращения на родину. Но встретиться им уже было не суждено, Иван умер буквально за несколько дней до возвращения Михаила из Сибири.

Фонвизины поселились в подмосковном имении Марьино (ныне на территории города Бронницы), доставшемся в наследство от Ивана. К сожалению, на свободе Михаилу Александровичу предстояло прожить всего год. После смерти мужа в 1854 году Наталия занялась делами поместья, существенно облегчила положение крестьян. Но заглушить тоску не удавалось. Подчеркнуто уважительное отношение к ней местного общества даже раздражало, ведь особых заслуг она за собой не чувствовала. Её неудержимо тянуло в Сибирь, ставшую за долгие годы родной, именно там жили все близкие ей люди.

Наталия знала, что её давно любит Иван Пущин, продолжавший оставаться на поселении в Сибири, и решила уехать к нему. Понимая, что официальное разрешение на поездку не получит, отправилась тайком. Остановилась в Тобольске, где многие её знали и любили. Несколько раз ездила к Пущину в Ялуторовск. Видимо, во время этих встреч ими и было принято решение связать свои судьбы. Но по настоянию властей Наталии из Сибири пришлось уехать. Практически вслед за ней приехал и амнистированный Пущин.

22 мая 1857 года состоялась скромная свадьба. Поселились в имении Марьино, где Пущин стал работать над воспоминаниями. Его «Записки о дружеских связях с А. С. Пушкиным» были опубликованы в 1859 году. В этот же год Иван Пущин скончался. Наталия похоронила Пущина рядом с могилами своего первого мужа и его брата.

Последние годы жизни Наталия Дмитриевна провела в Москве, прикованная к постели тяжелой болезнью. Она умерла 10 октября 1869 года и была похоронена на кладбище Покровского монастыря.

Пушкин всегда внимательно следил за судьбой декабристов, со многими из которых его связывала дружба. Хорошо знал он и историю женитьбы Михаила Фонвизина на Наталии Апухтиной. Кстати, в первых черновых вариантах «Евгения Онегина» в знаменитой строке написано: «Её сестра звалась Наташа». Это потом появилось имя Таня, которое в дворянских семьях того времени практически не встречалось.

В жизни обычно все сложнее и трагичнее, чем в романах. У Наталии Фонвизиной-Пущиной только небольшой отрезок судьбы частично совпадает с судьбой пушкинской героини. Возможно, это обычная случайность. Но велика и вероятность того, что именно эта женщина с необычной судьбой стала прототипом героини —Татьяны Лариной. Зная отношение Пушкина к декабристам, лично я в случайность не верю.