Как появились удостоверения личности?

Появление паспорта

Выражение passe port переводится как «пройти через порт», а слово passe — однокоренное с «пассажиром». Во многих странах европейского континента дальние путешествия дворяне делали в основном морским путем. Отсюда и слово port, которое разные источники соотносят с porte (в переводе — дверь). Однако пройти через морской порт или пройти через дверь городских ворот — принципиально не изменяло смысл разрешительного документа.

До правления Людовика XIV (1638−1715) на европейском континенте морские порты считались открытой торговой зоной, личных документов не требовалось, а «паспортно-визовый режим» в современном понимании термина соблюдался только для наземных путешествий и особенно при прохождения городских застав. Только в правление «Короля-Солнце» появились первые паспорта. Разрешение на отъезд подписывал сам монарх. Так закрепилось привычное современникам название «паспорт».

В XVII веке почти во всех странах Европы ввели так называемый «военный паспорт». Он давал право на отлучку с территории воюющего государства. Беспаспортный человек считался дезертиром.

Также на ограниченное время был введен в оборот «чумной паспорт» для граждан, населявших зачумленные территории. Документ свидетельствовал о хорошем здоровье иноземца, во избежание эпидемий в стране, куда он прибыл. Позже были созданы специальные паспорта, дающие право на обучение ремеслу, а также отдельно — паспорта для некоторых презираемых этногрупп.

Любопытно, что Германия и Франция в то время вменили обязательную выдачу паспортов для граждан. Другие страны Европы бесплатно выдавали «документ» только бедному населению. Представителям статусных групп населения паспорта стоили немалых денег. На то были причины, обоснованные определением и контролем статуса человека в государстве.

Систематически велась борьба властей с нищими и бродягами, составлявшими основную часть перемещающегося населения.

Гражданину, не имевшему паспорт, воспрещалась отлучка из мест проживания, даже в другую провинцию страны. В то время частых войн на территории Европы паспортная система впервые приобрела политическую форму, полиция могла находить неугодных государству граждан и шпионов без документов.

Миграционная политика в Европе заметно ужесточилась сразу после Французской революции 1848 года.

Для поездки в иноземные страны, подданным российского государства, в том числе статусным, требовалось «бить челом государю» о выдаче проезжей грамоты, а затем на основании распоряжения царствующей особы воеводы выдавали документ. «Безо всякого задержания» — если к тому не было причин. А причинами подозрения и недоверия в то время были татуировки на лице и плече, так называемое «тавро», или совпадение путешественника с подробными приметами, описанными в розыскных письмах, циркулярно доставляемых на заставы.

Как средство идентификации, клеймения и наказания татуировки нарушителям законов и общественной морали наносили еще в Древнем Риме. Этим занимались специальные мастера — палачи. К примеру, в романе А. Дюма «Три мушкетера» эпизодически описывается клеймение «миледи» «палачом из Лилля». Если человек был без татуировок и имел сопроводительный документ — он считался благонадежным и «чистым». Похожая практика в разных странах неодинаково действовала вплоть до 20-х годов ХХ века.

Особенности российских документов внутренней миграции

В 1649 году царским указом в соответствии с Соборным Уложением в России ввели аналог заграничного паспорта, называемый сначала «опасной грамотой». А с 1719 года указом царя Петра I введены «проезжие грамоты» для государевых людей, направляющихся по делам за границу.

Вскоре в России приняли модное французское слово, только называли его на петровский манер — «пашпорт».

По указу императора Александра I в 1803 году для купцов, мещан и крестьян ввели печатные (типографские) паспорта, действительные только в России. Это давало право передвигаться с мест типичной оседлости и «приписки» в другие губернии, в том числе на ярмарки или, к примеру, на заработки и по коммерческим делам.

Для миграции внутри страны крестьянин получал специальное разрешение волостного старосты с отметкой в «пашпорте». Владелец документа должен был отмечаться по прибытию на место и убытию из него.

При выезде не только в другую губернию, но и в другую волость иметь прозвание «беспашпортного» было унизительно, да и невозможно.

Полиции было много. В среде «подлого люда» за бродяжничество наказывали и задерживали лиц без документов, подозревая в шпионаже и «дурных возмутительных намерениях». А купцы разных гильдий и прочие статусные личности могли на станциях получить кров и сменить лошадей, только предъявив паспорт и «подорожную».

Такой же документально обоснованный порядок передвижения был заведен для нарочных курьеров-фельдъегерей, чиновников и офицеров, следующих к месту службы, на лечение или в отпуск.

C середины 1826 года «подорожный» документ уже представлял бумагу, в шапке которой типографским способом напечатано: «По Указу Его Величества государя императора Николая Павловича», Самодержца Всероссийского"… Далее шли сведения о фамилии, имени, отчестве владельца паспорта, годе рождения, места «приписки» с подробностями в росте, весе, телосложении, а также цвете волос и особых примет — при их наличии.

Такие документы до 1865 года заверялись гербовыми печатями — большой и малой.

В те годы если человек хотел выехать «по делам личным и важным», то обращался в канцелярию гражданского губернатора с соответствующим прошением, в котором указывал место пребывания за границей, цели и занятия в путешествии, сроки поездки.

Правом «разрешительной» подписи обладал генерал-губернатор, принимавшей конкретное решение после доклада полицмейстера, а время рассмотрения «дела» в канцелярии составляло до двух месяцев.

Известна расхожая фраза генерал-губернатора Москвы (с 1848 по 1859 годы) А. А. Закревского: «полиции касается всё». На основании профессиональной деятельности градоначальник получил неофициальное прозвание «Чурбан-паша».

Сроки «разрешения» можно было продлевать, в том числе обратившись письмом из-за границы. Это часто практиковалось при обучении за границей и для лечения. Почта работала исправно, поскольку много лет была подведомственна коллегии, а затем и министерству внутренних дел.

С 5 октября 1906 г. в официальный документооборот в России введена «паспортная книжкой». В ней указывались фамилия владельца, имя и отчество, семейное положение, наличие детей, особые приметы и место жительства.

Интересные факты:

• Известна история, как в 1976 году из Каира во Францию отправили мумию фараона Рамзеса II. Мумия доставлена в Париж с официальным, персональным египетским паспортом в соответствии с требованиями законов Франции: любой въезжающий должен иметь паспорт. Был в этой «паспортизации» и другой смысл: поскольку мумия — объект культурного наследия, являлась «гражданином Египта», ее нельзя было принудительно удерживать в другой стране.
• Иногда, до появления литографии и фотографии, еще можно было путешествовать по Европе с документами другого лица — вплоть до начала ХХ века. Путешествия в другой город можно было осуществить «не по правилам». Такие случаи многократно описаны в литературе и истории.
• К примеру, выдающийся художник Марк Шагал смог поехать в другой город, одолжив паспорт у друга. Другой литератор описал путевой анабасис из Москвы в Петербург с слугой-помощником, которому нельзя было въезжать в столицу империи без особого разрешения (не было оформлено). «Нансеновским» паспортом воспользовался писатель Владимир Набоков с семьей. Есть и другие примеры.

Сегодня удостоверения личности и паспорта с фотографией, личными данными и электронными чипами воспринимают как привычный идентификатор. Как документ, паспорт «молод» относительно многовековой истории идентификации человека и его полномочий.