Да, у нас в городе был свой театр! На его спектакль нас и повели. Что-то от Лопе де Вега. На сцене были женщины в таких пышных, красивых платьях. Не то что школьная форма с парадными белыми передниками (ведь не просто так, в театр идем!) у наших девчонок.
А мужики… Ой, до чего смешно одеты. В каких-то коротких штанишках и… В девчачьих чулках! С огромными белыми воротниками на красивых, «мушкетерских» куртках. И… Все в шляпах. С перьями! Откуда только у нас, в Воркуте, такие шляпы?!! И все мужики если не со шпагами, то с гитарой. Или дерутся друг с дружкой, или поют под балконами. А на них служанки… Или соседки с этажа ниже? Ну, не важно кто, но обязательно прямо им на головы выливают воду из ночных горшков. А может, даже и не воду… Но запаха, точно, не было. Мы всем классом принюхивались. И потом, в школе, долго (с неделю!) обсуждали эту тему, в конце концов придя к единому мнению: «Не-ее, все-таки воду, — точняк!».
Что за спектакль классика испанской драматургии в тот вечер шел на сцене, точно не скажу. Не до того, вообще-то, было.
Во-первых, мы попали в… Театр! Самый настоящий. Даже кинотеатр «Родина» с ним — ну, никакого сравнения! Дорожки! Здесь везде ковровые дорожки. Потом… Золото! Правда, скорее всего, не настоящее. Но… Очень на него похоже. Наверное это, как его?! Вот, вот. Сусальное золото. И везде… Не лампочки! Люстры! Огроменные. На потолке, так вообще… Если свалится на голову тем, кто внизу, в партере устроился… все, кирдык. Уноси готовеньких. Но и другие люстры… Тоже большие. И не только на потолке. На стенах — тоже. Не такие большие, как на потолке, но зато их — много. Потом, ещё. В кинотеатре — только зал с креслами. А здесь и в зале можно сидеть, и на балконе, и на втором этаже балкона. И сбоку от сцены. В этой, как её?!! Лоджии!
А во-вторых, хорошо, в зале, кроме нас, народу почти и не было. На все про всё человек десять-пятнадцать. От силы. И бабульки, что стояли на входах, не очень строгие. Так мы, пока шел спектакль, в этом театре все-все облазили. Везде посидели. И в партере, и на балконе, и на лоджии, где обычно, — только генералы! А Серега даже золото поковырял. Так, чуть-чуть. У него перочинный ножик с собою был. Вот мы и поняли, что это золото — не настоящее. Как это там его?! Да, вспомнил, — сусальное.
В общем, не до того нам всем было, что там, на сцене. Мы этот самый театр обследовали. Досконально. Везде, где можно, побывали. Но было и куда нельзя. Там нас строгие дядьки уже шугали: «А ну… Стоять! Куда это вы? Если в буфет, так это — совсем в другой стороне!».
В наш Воркутинский театр я ещё один раз попал. Точно так же — организованной группой. Почти всем классом. Только это было уже значительно позже. Классе в восьмом. Или в девятом. На спектакль по пьесе Островского «Гроза». Мы её как раз в школе проходили. Так что так, ничего особо интересного. Мы же её уже прочитали, так что знали, чем все закончится. Народу в зале было уже прилично. Во всяком случае, в партере свободных мест не было. Сильно не пошастаешь, никого не потревожив. Так что приходилось сидеть на месте. Соответственно, ничего такого, запоминающегося, я из того спектакля не вынес.
Единственно, потом, уже после спектакля, в школе, мы по нему писали сочинение. Что-то типа «Луч света в темном царстве». Так что Катерину я до сих пор помню. Да и не только её. Кабаниху, Дикого, Бориса, Тихона, его сестру Варвару…
Сергей Дмитриев, вот как раз стиль 80-х - уже давно вошёл в моду. Ещё в конце 90-х некоторые мотоциклы выпускались в обвесе "под 80-е" - с...