Дед Мороз и квартирный вопрос. Что кому подарить?

Жил-был в одной, не самой новой, но и не самой старой панельной пятиэтажке мужчина по имени Виталий. Работал он в небольшой, но гордой статистической компании «Факты и мнения». Всю жизнь собирал цифры, строил графики, выявлял тренды. И вот в большие новогодние праздники сидел он за своим компьютером над отчетом, щелкал мышкой и тихонько ворчал.

Ворчал потому, что данные были кривоваты, выборка маловата, а погрешность выходила за все мыслимые пределы. А ещё он ворчал потому, что из окна его малогабаритной старенькой квартиры открывался вид не на море и не на горы, а на точно такую же квартиру, украшенную гирляндой, в таком же панельном доме напротив.

— Самый желанный подарок для современного обывателя — это квартира, — бормотал Виталий, глядя на монитор. — 38% опрошенных респондентов мечтают о квартире у моря или в горах. 43% хотят улучшение жилищных условий. 17% хотят закрыть долги. И всего лишь 2% мечтают о традиционных новогодних подарках. Печальная статистика.

Он вздохнул и потянулся за остывшим чаем. В этот момент на кухне что-то упало. Виталий вздрогнул.

— Кот, наверное, опять, — пробормотал он, хотя никакого кота у него дома не было.

Осторожно заглянув в кухню, Виталий увидел… нет, не кота. На полу, посреди рассыпанной манной крупы и разбитой тарелки с любимым салатом «Оливье», сидел… дед Мороз. Ну, не совсем дед Мороз, а скорее, его уменьшенная, потрепанная жизнью копия. Борода у деда была растрепана, шуба перепачкана в снегу и ещё в каких-то темных пятнах, похожих на машинное масло, а один валенок явно протерся на пятке и требовал срочной заплатки.

— Э-э-э… — выдавил из себя Виталий.

— Не экай! — отозвался дед, потирая поясницу. — Помоги лучше. Вентиляционная шахта — это тебе не сказочные северные просторы. Чуть не застрял там. Еле выбрался.

— Вы… Вы кто?

— Да тот, кого ты в душе последние полчаса ругаешь, — дед встал, отряхнулся, и из его бороды посыпалась рассыпанная манная крупа. — «Статистика кривая, мечты у людей материальные, духовность падает»… Надоело всё это слушать! Вот и решил я к тебе явиться лично. Я, кстати, не простой дед Мороз. Я из Департамента учетно-распределительных операций. Заведую отделом исполнения социально-значимых жилищных желаний.

Виталий онемел. Его научный ум отказывался верить в реальность происходящего, но манная крупа в бороде у гостя была на редкость материальна.

— Так вы… подарки будете раздавать? То есть квартиры? — робко поинтересовался он.

— По плану! — хмуро ответил дед, доставая из-за пазухи не мешок, а потрепанный планшет. — Смотри. Вот твой запрос, сформированный на основании глубокого анализа твоих постов в соцсетях, поисковых запросов и стонов в душе: «Хочу жильё у моря, предпочтительно теплого, с видом на воду, без ипотеки, с ремонтом, и чтоб соседи не шумели». Типичная картина. Как и у 38% опрошенных. Ну что ж, выполняем.

Дед ткнул пальцем в планшет. В комнате запахло смесью морского воздуха, хвои и… свежего ламината. Стены его старенькой квартиры поплыли, и через секунду Виталий уже стоял на балконе. Теплый бриз трепал его редкие волосинки, внизу шумело лазурное море, а под балконом пели южные птицы.

— Вот, пожалуйста, — сказал дед Мороз, появившись рядом. — Апартаменты в Геленджике. Вид — как заказывал. Ключи на столе. Сосед за стенкой только один — чайка обыкновенная, но она по ночам не орет, только по утрам. Счастлив?

Виталий был в шоке и в восторге одновременно. Он обнял деда, потом побежал проверять санузел. Открыл кран, и из него потекла теплая, солоноватая морская вода. Зато с видом! Он уже представлял, как выложит фото…

— А коммунальные платежи? — спросил он, вернувшись.

— А что «коммунальные платежи»? — удивился дед. — Подарок же. Только вот управляющая компания требует плату за обслуживание лифта, хотя лифта в этом двухэтажном доме нет и никогда не было, чистку муниципального пляжа и подкормку чаек. Так, мелочь — 25 тысяч в месяц. У тебя же есть накопления?

Накоплений у Виталия, как у честного статиста, хватило бы разве что на подкормку одной не очень прожорливой чайки в течение одного месяца. Лицо Виталия вытянулось.

— Вижу, возникла финансовая проблема, — кивнул дед Мороз, будто прочитав его мысли. — Но у меня для таких случаев есть программа «Финансовая разгрузка». Для 17% респондентов, так сказать.

Он снова ткнул пальцем в планшет. Вид на море задрожал и исчез. Виталий снова очутился… в своей старенькой квартире. Но что это было? Комната сияла чистотой, пахло яблоками, а на столе лежала стопка бумаг с печатями и надписью «Погашено». Рядом — его кредитные карты, аккуратно разрезанные ножницами.

— Все твои долги закрыты, — торжественно объявил дед Мороз. — Ипотека, микрозаймы, долг Николаю из пятого подъезда — всё.

— Ура! — закричал Виталий.

— Но, — поднял палец дед, — согласно принципу финансового равновесия Вселенной, долги не исчезают, а перераспределяются.

— Это как?

— А вот так! Теперь ты должен Николаю из пятого подъезда не деньги, а помочь с ремонтом. И ещё… — дед замялся. — Я, честно говоря, действовал не по регламенту. Для закрытия твоих долгов я использовал резервный фонд магической энергии. Теперь я твой должник. И по нашим правилам, должен отработать. Так что я теперь твой… сожитель. На неопределенный срок.

И дед Мороз, сняв валенки, устроился на диване, включил телевизор и потребовал чаю. Виталий в ступоре сел на стул. С одной стороны — никакой квартиры у моря. С другой — никаких долгов. С третьей — на диване сидит мировой поставщик новогодних чудес и щелкает пультом, ругая качество ток-шоу.

Так у Виталия началась самая странная жизнь в мире. Теперь Виталий днем ходил на работу, собирал данные о мечтах людей, а вечером возвращался домой, где его ждали:

• борода, развешанная для просушки на торшере;
  
• вечные жалобы на сквозняк в панельной пятиэтажке;
  
• магические эксперименты деда Мороза по улучшению вкуса магазинной колбасы.

Эти эксперименты, как правило, заканчивались тем, что колбаса начинала петь частушки или пытаться сбежать из холодильника.

Вскоре выяснилось, что дед Мороз, которого Виталий сокращенно назвал Морозычем, — существо капризное, но в душе доброе. Он, например, починил все гирлянды в их дворе одним взглядом. А потом поссорился с местным Домовым из-за того, кто главнее в подъезде, и тот в отместку устроил так, чтобы все лифты ездили только до четвертого этажа.

— Слушай, — как-то вечером сказал Виталий, разливая по чашкам не очень удачный, но молчаливый чай. — А почему нельзя просто взять и всем раздать по квартире? Волшебство же!

— Эх, Виталий, — вздохнул Морозыч, закутывая ноги в плед с оленями. — Магия магией, но бюрократия вездесуща. На каждый волшебный дом с халявными квартирами нужен акт ввода в эксплуатацию, подписанный Ведьмой-нотариусом, одобрение Гномов из комитета по архитектуре и справка от Кикиморы о том, что участок под строительство дома находится в незаболоченной местности. Да и баланс нарушать нельзя. Вот дал я тебе квартиру — у какого-нибудь застройщика в Геленджике сердечный приступ случится, экономика региона пошатнется. Непросто все это.

Виталий, как статист, всё понял. Потому что в этом мире всё взаимосвязано. Даже чудеса.

Шли дни. Виталий и Морозыч привыкли друг к другу. Старик научил Виталия малому колдовству: как сделать так, чтобы принтер никогда не зажевал бумагу, и как отогнать чувство тоски в понедельник утром (требовались три глубоких вдоха и мысль о предстоящих выходных). Виталий, в свою очередь, помог деду составить грамотный отчет для вышестоящих инстанций о проделанной работе, с красивыми диаграммами и динамикой исполнения желаний.

И вот наступил канун следующего Нового года. Виталий сидел за столом, на котором теперь красовались два салата «Оливье» (один — обычный, второй — с волшебными огурцами, светящимися в темноте). Морозыч грустил.

— Что случилось? — спросил Виталий.

— Пора мне, — сказал дед. — Долг отработан. Отчет принят. Мне пора съезжать от тебя. Мой следующий адрес — пенсионерка из небольшого городка, которая мечтает о шубе. Не о квартире, заметь, а просто о теплой шубе. Редкий экземпляр.

Виталию стало не по себе. Он уже привык к этому чудаковатому старику, к его бороде на торшере, к его ворчанию на соседей сверху.

— А я что попрошу в этом году? — грустно пошутил Виталий. — Опять квартиру? Или, может, просто чтобы ты иногда заглядывал ко мне на чай?

— Ничего ты не понял, — грустно сказал Морозыч, но глаза у него заблестели. — Самый ценный подарок ты уже получил. И я тоже.

— Это какой? Избавление от долгов? Нет. Вид на море? Тоже нет.

— Ты избавился от самого страшного долга — долга перед самим собой. Ты перестал смотреть на других и мечтать об их мечтах. Ты научился ценить то, что есть. Даже такого нахального постояльца, как я. А я… Я вспомнил, что такое настоящий дом. Не точка на карте, а место, где тебе рады, даже если ты явился через вентиляцию и разбил тарелку с любимым салатом.

Он встал и потянулся. Костюм на нём теперь был чистый, а валенки целые. В воздухе запахло хвоей и магией.

— А что же с теми 38% и 17%? — спросил Виталий, провожая его к той же вентиляционной решётке.

— А с ними всё будет хорошо, — подмигнул Морозыч. — Просто теперь я знаю, что к каждому пакету «квартира у моря» надо прилагать инструкцию по обслуживанию чаек, а к пакету «закрыть долги» — приглашение на чай к хорошему человеку. Статистика — вещь полезная, Виталий. Но она не учитывает главного: счастье измеряется не квадратными метрами и не нулями на счету, а теплом. Ну, всё, я пошёл! Не провожай, а то опять застряну!

Он ловко нырнул в решетку и исчез. Виталий вернулся к столу. За окном, без всякой магии, начал медленно падать тихий пушистый снег. Он посмотрел на свою скромную комнату, на графики на мониторе, на салат, светящийся в темноте. И улыбнулся.

Виталий достал телефон и написал в домовой чат:

«Всем привет! Кто хочет поехать ко мне на дачу? Будет вкусный шашлык, катание на санках, горячий чай. Места хватит всем».

Потом он открыл свой рабочий отчет и в графе «Выводы» написал:

«Рекомендация: при проведении следующего опроса добавить дополнительный вариант ответа „На Новый год я мечтаю о том, чтобы у всех моих близких было хорошее настроение и чтобы в доме пахло пирогами и хвоей“. Предполагаемая доля выбравших — не менее 0,5%. Но их влияние на общий индекс счастья стремится к бесконечности».

А где-то в вентиляционных шахтах, пробираясь к ожидающей новогоднее чудо пенсионерке, дед Мороз ухмылялся себе в бороду. Он знал, что самый лучший подарок — это не исполнение желания из списка, а маленькое и тихое чудо, которое даже в статистику не попадает. Но без которого любая, даже самая шикарная, квартира у моря — просто бетонная коробка с видом на воду.

И, может быть, в следующем году кому-то из тех самых 38% он подарит не ключи, а билет на поезд до этого самого моря. В купе, где будут веселые попутчики, песни под гитару и ощущение того, что самое интересное — не точка прибытия, а само путешествие. Ведь любые долги, в конечном счете, можно закрыть. А вот теплота человеческих сердец — это бесценный актив.