О чем могут рассказать старые фотографии?

Но днем… Не то чтобы тепло, жарко было. Жа-а-арко! Уже ко второму дню практики девчонки приспособились, и у большинства из них под верхней одеждой были купальники. Вот так мы и делали топографическую съемку местности: девчонки в купальниках, а пацаны, как правило, обнаженными по пояс.

И даже это зачастую не спасало. Хорошо, что практика была в Озерках. Название — само за себя. Можно было прерваться ненадолго, сбегать окунуться, а потом продолжить.

А после окончания рабочего дня мало кто сразу возвращался в общагу. Большинство оставалось на местном, небольшом по размеру и не особо благоустроенном, пляжике. Покупаться, позагорать. И уже потом можно и «нах хаус» (по домам)!

Но сейчас, в то мгновение, что сохранила для нас эта старая фотография, — ещё утро. Мы только собираемся у второго учебного корпуса, где располагалась кафедра инженерной геодезии. Пацанов на фото нет, они, похоже, ушли на кафедру получать на всю группу геодезические приборы (нивелиры, теодолиты, геодезические рейки).

В их ожидании девчонки не теряют времени даром. После недавно отошедшего в доисторическое прошлое завтрака у них… Десерт! Мороженое. А что? Оно тогда было недорогим. Можно было позволить. А уж каким вкусным! Не передать. Хотя…

И сейчас оно тоже неплохое. Но подороже, чем когда-то было. И хоть пенсия нынче на порядок, даже на несколько порядков выше, чем когда-то стипендия, но… Не сильно много на неё пошикуешь с мороженым. А тогда можно было позволить его себе. Тем более что продавалось оно буквально в двух шагах от общаги — в продуктовом, на Институтском. Скорее всего, именно там, сделав крохотный крюк по пути ко второму учебному корпусу, девчонки его и купили.

А у меня, между прочим, с этим магазинчиком связана небольшая история.

Там, в дальнем углу, был маленький отдел, где, помимо табачных изделий, продавали то же самое мороженое и соки. Последние — из таких, опрокинутых стеклянных конусов (по три на каждом штативе) с краником внизу. Сверху конус накрывался металлической крышкой, сняв которую легким движением руки, в конус можно было влить 3-литровую банку сока. Чаще всего в те времена торговали яблочным, томатным или березовым.

В тот раз в один из конусов влили сливовый с мякотью. Я на него и купился. Люблю, грешным делом, сливы. Особенно венгерку, которая созревает в начале сентября.

В общем, купил я сливовый с мякотью, стою, не отходя от кассы, никого не трогаю, пью свой сок, как вдруг… По языку — такой сильный удар, аж искры из глаз. Я сначала ничего не понял. Просто очень больно. Но потом чуть пришел в себя, чувствую, на языке что-то шевелится. Живое! Я и выплюнул аккуратно это «живое» себе на ладошку. Смотрю… Пчела!

Как потом понял, пчелы, привлеченные запахом сладкого, вились вокруг этих конусов с соком. Когда продавец сняла с одного из них крышку, чтобы налить сливового с мякотью, эта пчела села на край. Её и смыло волной выливаемого из банки сока. А поскольку произошло это в начале процесса, её смыло в самый низ, к кранику. Продавец залила свежую партию сока, и я сразу же купил себе стакан.

Пчела ещё не успела утонуть и бесславно погибнуть в конусе со сливовым с мякотью. А оказавшись у меня во рту… Ей, естественно, там не понравилось. И она ужалила.

Мой бедный язык тут же стал деревенеть и опухать. Несколько минут даже было трудно дышать. Но потом отошло, отошло… Правда, где-то в течение часа разговаривать было невозможно. А с учетом моего характера… Хлебом не корми, дай поболтать! В общем, была пытка. Но мы не привыкли отступать! Перетерпел. Превозмог!

Однако, как ни странно, этот случай ничему меня не научил. Если была возможность купить сливовый сок с мякотью, я его и дальше покупал. Только пил уже более аккуратно и осторожно, мелкими и медленными глотками, всматриваясь в то, что глотал.