Где детки божьей коровки кушают котлетки и почему крот слепой?

Три ягоды — в рот. Две — в трёхлитровый эмалированный молочный бидончик. Или в стеклянную банку, горлышко которой обмотано тонкой медной проволочкой в несколько слоёв. А уже к ней привязана бечевка-ручка.

Две ягоды — в бидончик, три — в рот. Или наоборот. И вдогонку к тем, что в рот, — ещё парочку. Вку-усно…

А потом — лечь на спину, раскинуть руки и подставить лицо уже жаркому, набирающему дневную силу солнышку. Закрыть глаза и погрузиться в укачивающее тебя оранжевое марево. Тихо. Только лениво стрекочут по всему бугру разомлевшие от тепла кузнечики. Да какая божья коровка, не разобравшись в ситуации, вдруг заползёт прямо на лицо и, щекотно перебирая лапками, двинется в исследовательском упоении куда-то по щеке.

 — Куда? дурашка? Сейчас съем! Да не бойся ты. Не страшные мы. Давай сюда, на ладошку…

И протянув руку к солнышку:

 — Божья коровка, полети на небко. Там твои детки кушают котлетки. Всем раздают, а тебе не дают.

Ну, лети же! Лети, глупая…

Надоест ползать по бугру в поисках земляники, можно бидончик куда под куст, в тенёк, а самому вниз — в лог. Там, от самой подошвы холма до дороги и дальше — невысокие, сантиметров 15−20, земляные холмики, похожие на шахтные терриконы. Кротовины. Почва, что выбрасывает на поверхность крот, когда роет под землёй свои норы и ходы.

Нужная в хозяйстве вещь. Если чуток земли с кротовины набрать в карман, а потом посыпать на лоб соседской Зорьке, то бодаться она уже не будет. Верняк. Проверено пацанами. Конечно, бдительность терять не стоит. Если и подходить к бурёнке, то только сзади. Мало ли что. А так — всегда есть возможность определить, в каком Зорька настроении и стоит ли подходить ближе.

Ещё из этой земли можно сделать заначку. Вдруг где пожар? Тогда срочно — достал её из схронки и бегом туда, где горит. Если землю из кротовины бросить через пожар, он обязательно погаснет. Вот только когда оно ещё загорится… И забыть успеешь, куда то добро припрятал.

Потому куда интересней просто посидеть рядом с этими холмиками. Полежать в траве тихонечко, покусывая сорванную травинку, понаблюдать. По цепочке кротовин можно определить направление подземных ходов, и если повезёт, то вот, прямо у тебя на глазах из земли, как продолжение того, что уже есть на поверхности, начнёт вырастать новый холмик, с ещё влажной, не успевшей высохнуть под жарким солнцем почвой.

Теперь времени терять никак нельзя. Быстрее к свежей кротовине, чтобы не мешкая, но и не забывая про осторожность, разгрести землю по сторонам. Лучше какой палкой. Но если забыл заранее запастись импровизированной лопатой, можно и руками. Как минёр, который ошибается только один раз. Конечно, крот — не мина, но когти у него — ого-го! Если засандалит своей лапой по ладошке — мало не покажется…

Осторожно, осторожно… О! Вот он. Небольшой округлый комок с красивым густым мехом тёмно-серого, бархатистого отлива. Короткие передние лапы-лопаты с крупными когтями. Хвостик. Небольшая, удлинённая голова без шеи. Вытянутый в подвижный хоботок нос. И закрытые кожей глаза. Слепыш.

Бабуля говорит, что крот рыл землю в большой праздник, чем и рассердил Бога, который ослепил его. Правда, не насовсем. С условием. Мол, если крот выроет столько холмиков, сколько звёзд на небе, то зрение к нему вернётся. Сказки, конечно. Да если и так, то рыть ещё бедолаге и рыть. Сколько кротовин по логу, а сколько тех звёзд? И сравнения никакого нет…

Вот только что делать с этим, сердито шипящим и беспорядочно вращающим передними лапами? Если верить соседскому Петьке, что живет через выгон, то если кротовую шкурку повесить в конюшне, лошадь станет сильной и у неё обязательно появится жеребёнок. Только у нас конюшни нет. На колхозную, что ли? Так там дед Моха. Может и кнутом огреть. Ну её, эту колхозную. Да и жалко. Он же живой. И такой… Красивый.

Ладно. Живи, слепышкин. Рой свои кротовины дальше. Может, и правда, откроются когда у тебя глазки?..