Любовь и сардинки. В чем бывают виноваты рыбки?

Сроду не подумал бы Веня о том, что неприятностей можно ожидать от… рыбы. Да ещё от такой маленькой и беззащитной, как сардинка. А ведь получается, что можно, да ещё как…

Дело происходило в Греции, на берегу Ионического моря в местечке Kato Achaia. Нежная прозрачная вода морского залива, ничуть не нарушенная даже мелкой рябью, а не то чтобы крупными волнами, так и притягивала прямо с утра, так и манила.

Бархатный сезон, потихоньку посылавший отдыхающим прощальные кивки и намеки в виде внезапно налетевших тучек или тёплого, кратковременного дождичка, ненавязчиво подходил к концу.

Нельзя назвать коротким Средиземноморский туристический сезон, но он заканчивался так же неумолимо, как и Венины каникулы. Как ни крути, а скоро опять в университет. Все уже и так учатся, это Вене просто повезло, причём неожиданно.

Занятия только начались, и, как положено, после шумных встреч с друзьями первого сентября народ скинулся и привычно направился в общежитие 2-го Мединститута на улицу Волгина.

Все загорелые, со сверкающими глазами и полные летних впечатлений, один Венька выделялся из толпы соплеменников — все лето провёл на Севере, в Ухте, помогая родителям перестраивать звероферму. Какой уж тут загар?

Одно всех объединяло — отсутствие денег, поэтому выпивки было много, а из закуски — только фрукты и консервы из соседнего магазина.

Следующее утро у Веньки было грустное и раннее, да и вообще, честнее сказать — не было никакого утра, потому что он и не спал совсем, бегая как челнок от туалета до кровати.

Приехавший врач Семёныч (благо свой в доску) констатировал явное отравление и порадовался, что только один Веня ел консервы злосчастных сардин в масле белорусского производства (господа и дамы, откуда и с каких пор в Белоруссии сардины начали нереститься?), но предположил — а вдруг это не отравление… Вдруг у Вени желтуха?

Веня сначала сопротивлялся — какая желтуха, ты что…

Но Семёныч успокоил :

— Дурак ты, Веня, неуч с лечфака! Понимать надо — раз подозрение на желтуху, я тебе направление на анализ сейчас выпишу на билирубин.
Результат надо ждать 7−10 дней, а то и больше. А пока нет результата — ты будешь считаться заразным. Вдруг инфекционная болезнь… Плюсуй смело сюда ещё и выходные. Я же тебе, дураку, каникулы продлеваю, в отличие от деканата! Хочешь — в общаге своей кисни, а я бы на твоём месте — в отпуск на море куда махнул! Вон какой бледный… Мой диагноз ещё ни один патологоанатом не опроверг, так что — учти, нет у тебя никакой желтухи, траванулся ты элементарно! Да… И ещё — тебе пока ещё нельзя, а мне — можно… Наливай!

Так Веня оказался в Греции в бархатный сезон, горящая путевка подвернулась по дешевке. А все — благодаря сардинкам!

Он так обрадовался им, как родным, когда в первый же раз, погрузившись в ласковую и мягкую воду залива, ощутил, как мелкие рыбки начали нахально долбить его студенческие несъедобные пятки.

Пригляделся в прозрачной воде — они, родные, сардинки! Глаза голодные, грустные, как у него во время сессии или пересдач и отработок на кафедрах.

И так ему жалко их стало! Был бы рыбным Айболитом или Ихтиандром каким — обязательно встал бы на их защиту, а так… Что он может сделать? Даже стетоскоп сардинке к какому месту приложить, не сообразишь сразу, клизму поставить — вообще боязно, а уж в какой пропорции водные растворы применять — совсем непонятно.

А они вьются и вьются вокруг, явно приняли его за представителя Высшего Разума, спасителя жаберных и хвостато-чешуйчатых.

И тут Веню осенило — их же можно подкармливать! Сказано — сделано…

А кормежка у Вени была бюджетная: полупансион в «трёх звёздах», в оплату входил завтрак в отеле и ужин в ресторане при отеле.

Веня всегда и сам не очень одобрительно относился к тем, кто в завтрак начинал откровенно «тырить» продукты себе на грядущий бесплатный обед… Ведь всегда можно и купить себе — нечего позориться и жлобствовать.

Сам-то он прекрасно обходился на местной жаре фруктами из близлежащей лавки, но теперь… Теперь приходилось и самому тихонько «подворовывать», ловя иногда неодобрительные взгляды, но он же был ответственен теперь за них, за тех — кого приручил… А в лавке хлеба не было, одни фрукты.

Набрав за завтраком хлеба, Веня бежал на пляж, и пока все вальяжно располагались после завтрака на лежаках под зонтиками, он, чтобы не привлекать внимания, засовывал прихваченную булочку или маленький батон себе в плавки и шёл к своей пастве…

Стоило ему погрузиться по пояс, как его тут же окружала стая сардинок — они караулили его на одном и том же месте, в одно и то же время. Веня доставал не успевший ещё совсем размокнуть хлеб, и вода вокруг вмиг закипала — пиршество начиналось.

Что поделаешь — инстинкт! Приручил… Доктор Павлов это все объяснял уже не один раз, а сардинки оказались ничуть не глупее его знаменитых собак.

А недавно в отеле стайка девчонок-студенток появилась из Литвы. Юные, красивые, задорные… Русского языка почти не знают, так, чуть-чуть…

Одна из них — очень красивая и притягательно-загадочная, прямо как недосягаемая Светка из 714-й комнаты. И имя красивое у неё — Марта…

Но она все время с подругами, щебечет о чем-то на своём, а Веня всё как-то стесняется подойти, да и дела у него — сардинки, наверное, опять проголодались и поджидают его терпеливо…

Вот и в этот раз Веня засунул в плавки рогалик с булочкой и пошёл, было, к своей пастве, оглянувшись на Марту… Девчонки что-то энергично обсуждали глядя на него, жестикулировали и доказывали Марте…

Веня разбежался, очутился в воде уже почти по пояс — вот они, его рыбки! Марта, задорно подпрыгивая, приближалась к нему и что-то говорила на своём.

Только тут до Вени стал доходить смысл происходящего и такого повышенного интереса некоторой части пляжа к его скромной персоне… Он ведь сроду не страдал от женского внимания!

А самое жуткое, что хлеб в плавках размок, и, почуяв это, прирученные сардинки окружили Веню и начали теребить его, пытаясь добраться до кормёжки: «Давай, мол, не тяни! Корми! Доставай быстрее…»

Веня и достать незаметно при Марте хлеб уже не решался, и объясниться на пальцах не удавалось — чего это сардинки так атакуют его, чего им надо… Кто бы видел в этот момент глаза Марты!

Непонятно, что обо всем этом она подумала вместе с подружками, но когда сегодня в ресторане на ужине Веня отошёл от прилавка с тарелкой прелестных сардинок, запеченных, как всегда, на гриле поваром Микосом, зал вздрогнул от хохота девчонок — Марта засмеялась первая, глядя на него и рассказывая что-то подругам. А те уж оторвались по полной, не таясь, переводя взгляд то на Веню, то на его тарелку с сардинками.

Вот так вот. Раньше никогда бы Веня не подумал, что неприятности могут быть от рыбок каких…