Рубли или баксы - что более ценно нашему человеку?

Улыбчивые добродушные швейцарцы в свободное время гуляли по набережным и главным улицам нашего города, с удивлением разглядывали матрёшек, которых они почему-то называли «бабýшками», умилялись экспонатам в местном музее и не выпускали из рук фотоаппаратов. За две недели мы очень сдружились, и когда наступил прощальный вечер, нам уже совсем не хотелось расставаться.

Мы надарили им кучу всяких сувениров, а они, не желая остаться в долгу, подписывали нам небольшие открыточки и сборники стихов на немецком языке. Однако главный сюрприз нас ждал утром, когда руководитель швейцарской делегации объявил, что хочет отблагодарить группу русских переводчиков. Благодарность состояла в том, что нам выдали конвертики, в которых оказались… доллары. По двадцать пять штук на брата!

До того дня я СКВ видела только по телевизору. А тут… настоящие баксы, и не где-нибудь, а в руках!

Эйфория продолжалась несколько дней, пока я прикидывала, куда можно потратить эту, по моим представлениям, неимоверную сумму. Что такое курс валюты и где располагаются обменные пункты, я представляла себе довольно смутно; ну что поделать — в то время многие вещи, связанные с заграницей, воспринимались как диковинка, ведь наш город сравнительно недавно открыли для иностранцев.

Итак, с поющим сердцем и с долларами в кармане я приехала на площадь Ленина. Тогда там располагалось множество всяких палаток, где торговали вещами, которыми в наше время изобилует любой, мало-мальски уважающий себя, небольшой магазинчик, но в те времена большинство из всей этой роскоши было просто недоступно для вчерашнего студента.

Возвышающийся посередине площади Ленин снисходительно поглядывал на эти палатки и, судя по всему, ничего против них не имел. Я же, вообразив себе, что имеющихся у меня денег (ведь это же не что-нибудь, а валюта!) хватит просто на безразмерное количество покупок, с победоносным видом ходила от палатки к палатке и прикидывала в уме, с чем я сегодня отсюда уеду.

Верхом моих желаний в то время были кроссовки. Побродив между киосками с обувью, я выбрала себе одну пару, примерила её, а дальше… события разворачивались примерно так.

У продавца в прямом смысле слова вытянулось лицо, когда он, назвав мне цену, услышал в ответ, что денег у меня нет! Правда, я тут же поправилась, объяснив, что у меня нет рублей, зато есть доллары. Однако того эффекта, которого я ожидала, произнося эти слова, не произошло. Торговавший за прилавком молодой парень, приблизительно одного возраста со мной, сменил удивление на любопытство, но… брать доллары категорически отказался.

— И что я с ними буду делать? — спросил он в свою очередь, а затем добавил: — Хотите купить — платите обыкновенными деньгами, а нет — отдавайте кроссовки обратно.

«Вот деревня! —  подумала я, возвращая назад уже полюбившиеся мне кроссовочки. — Ладно, в другом месте, наверно, мне повезёт больше». Но продавцы, видимо, разбиравшиеся в иностранной валюте не лучше меня и привыкшие к нашим «деревянным» рублям, просили расплатиться с ними именно вышеупомянутыми. Только в одном месте на мой вопрос: «А можно я заплачу Вам долларами?» — толстый продавец в солнцезащитных очках, оглядевшись по сторонам, спросил тихонько:

— А где вы их взяли? Они у вас не фальшивые?

На мой простодушный ответ, что мне их подарили швейцарские гости, он недоверчиво покачал головой. Когда же я вытащила из кошелька пятидолларовую банкноту, он, опять же с большими мерами предосторожности, аккуратно взял её, рассмотрел, сняв свои солнцезащитные очки, и сказал, что он, пожалуй, продаст мне одну пару за десять долларов.

— Только меряйте побыстрей и уходите, — попросил он меня.

Удивляясь про себя, что кроссовки стоят «так дорого», я стала выбирать себе подходящие, но в это время, как на грех, мимо проходил человек в милицейской форме. Продавец быстро сунул мне зелёную бумажку обратно в руку, выхватил у меня из рук коробку с кроссовками, громко кашлянул и сказал каким-то неестественным тоном:

— Вашего размера, девушка, здесь нет!

При этом он взглянул на меня так, что я и сама тут же поверила в то, что моего размера здесь действительно нет.

…Так мне и пришлось уехать домой в тот день несолоно хлебавши, с горькой мыслью о том, что доллары никому, оказывается, не нужны!

Правда, история эта имела мало-мальски хороший конец. Через пару месяцев мне довелось поехать в Москву и там моя троюродная сестра, узнав, что у меня есть настоящие доллары, совершенно не испугалась, а наоборот — обрадовалась безмерно. В отличие от меня десятилетнее создание было прекрасно осведомлено, каким образом можно потратить деньги, на которые в моём родном городе никто не польстился.

Она моментально проявила сообразительность: стала просить меня сходить с ней в только что открывшийся Макдоналдс. Правда, доллары предварительно пришлось поменять, отстояв приличную очередь в банке. Зато я, ощутив в руках наши родные рубли, наконец-то почувствовала себя человеком. А посещение Макдоналдса (куда мы тоже попали после почти двухчасовой очереди) удвоило, нет — утроило, это ощущение.

С тех пор я как-то больше нашим российским рублям доверяю. Нет, не подумайте, что мне не приходилось больше иметь дело с иностранной валютой. В моих руках были и уже упомянутые доллары, и дойчмарки; доводилось обменивать в банках и швейцарские франки. Но всё это, конечно, было, как вы понимаете, намного позже.

Зато я часто рассказываю своим друзьям и знакомым эту историю из жизни, когда после окончания института мне посчастливилось получить в качестве гонорара доллары и как я ходила с ними по площади Ленина, не зная как с ними поступить!

Ну что ж, всякое в жизни бывает…