Знаменитые «Девчата» глазами поколения 80-х: изменились ли жизненные ценности?

В первый раз я прочла ее в 16 лет, будучи всего на год младше главной героини Тоси, затем — в 20 с чем-то, а последний — спустя 20 лет, в 36, когда у меня самой уже подрастает «девчатка» девяти лет от роду.

И это совершенно разные ощущения не только потому, что изменился возраст читающего, но и потому, что стремительно поменялось время. В мои 16 — в самом конце голодных для моей семьи 90-х, в эру дефицита информации, да и вообще дефицита, мне был понятней антураж книги. Бедная детдомовская Тося с ее куцым баулом нехитрых пожитков, живущая в общаге; молодые пары, как манны небесной, ждущие комнатку в 14 метров, чтоб пожениться; одна брошка из украшений и заем вещей у подруг для выхода на танцы. Все это было мне абсолютно понятно и близко.

Ну и первые ее романтические эмоции… Автор настолько препарировал все эмоции участников, что хоть я и была на пару поцелуев опытнее Тоси Кислицыной, но читала взахлеб и с упоением перечитывала особо запомнившиеся моменты, как и Тося, пытаясь стать чуть умнее «в заповедных любовных делах».

Сейчас, спустя 20 лет, в эпоху Интернета и безудержного потребления, я только дивлюсь, насколько поменялись ориентиры и жизненные ценности, насколько больше нужно человеку для счастья. И 14-метровая комнатушка для семьи с ребенком плюс табуретка, и ладно сложенная печка, то, чего хватало тогда — это настолько ничтожно сейчас. Нынче счастливое гнездо начинается с ипотеки на минимум «33 квадратных метра», стиральной машинки-автомата и новенького авто…

Книга повествует о событиях начала 60-х — это время рождения моей мамы, годы молодости моей бабушки, детство которой пришлось на войну и о котором я немало ее расспрашивала, но уже будучи постарше, не в 16. Как раз в 1961-м ей дали первую семейную общагу. И хоть у бабушки были потом переезды в лучшие условия, но то первое гнездышко-комнатку она всегда вспоминала с особой нежностью.

Поэтому «военное сиротство» Тоси именно сейчас, уже при моей взрослости, задевало, пугало и бередило мне сердце. Бабушка, кстати, обожала фильм «Девчата» и часто рассказывала, как в начале 60-х у нее, матери двоих детей, было одно приличное платье и одни — доставшиеся от мамы — бусики. Да и много чего другого рассказывала… Про тогдашнюю медицину, социальную поддержку, вернее, ее отсутствие, тяжелейшую работу на металлургическом заводе… Но почти все это было нормой и было мило ее сердцу — молодость есть молодость.

В каком-то смысле и тогда, и сейчас я немного завидовала той простой жизни девчат и ребят в маленьком северном лесозаготовительном поселке, в окружении вековых сосен, в труде и удовольствии от своего труда, с верой в будущее и с простыми понятными радостями жизни. Без зашкаливающего избытка информационного шума, ложных целей и круговорота событий, в котором человеку все сложнее прислушаться к себе и быть счастливым.

А еще завидовала, что в свои 17 Тося уже может официально работать и зарабатывать. Очень жаль, что детство в наше время отодвинулось и молодые специалисты начинают полноценно работать в 20−22, и не идет это на пользу молодым умам, хотя вроде бы к тому и стремились, чтоб потомки жили легче и лучше…

Тем не менее основной посыл в хорошей литературе есть всегда, даже если книге более 50 лет и написана она в «другие времена». Человеческие страсти одинаковы во все эпохи.

И даже сейчас эта книга — ровесник моей мамы — напомнила мне простую и вечную истину, что нужно смотреть глубже, чем на красивую обертку. Что ни из каких побуждений не стоит терять внутреннюю чистоту и целостность, не отщипывать кусочки, размениваясь на то, что не по душе, ради дешевых сиюминутных резонов — удобства, страха остаться одной, общественного мнения, ибо об этом можно очень сильно когда-нибудь пожалеть. Эта очень своевременная мысль во все времена сейчас во мне особенно откликнулась.

Получается, что я читаю «Девчат» каждые 10 лет. Интересно, какими покажутся мне девчата в 46, 56 и дальше… А как кажется вам — эта книга актуальна спустя 58 лет после издания?