Вспоминая «Мимино». Часть 3. Как вел себя Хачикян в суде?

Перейти к первой части статьи

Поведение Хачикяна в суде, где Мимино обвиняют в нанесении телесных повреждений и причинении материального ущерба его бывшему земляку, а ныне работнику московской овощной базы Папишвили, вызывает ряд вопросов.

Во-первых, герой Мкртчяна дает в суде ложные показания.

— Значит, вы утверждаете, что подсудимый не наносил побоев потерпевшему? — спрашивает прокурор.
— Конечно, не наносил. Он (потерпевший) пошел в туалет, а он (подсудимый)… не смог дверь сломать, — говорит свидетель Хачикян.

Если уж быть объективным, это не абсолютная ложь, а скорее полуправда. Хотя в фильме не показана сцена, произошедшая в момент встречи, но, судя по всему, Мимино побоев хозяину квартиры действительно не наносил просто потому, что тот успел спрятаться в туалете.

Прокурор:
— Значит, дверь он ломал?
— Зачем ломал?
— Вы же сами сказали…
— Слушай, дорогой, я русский язык нехорошо знаю. Просто постучался и сказал, что тоже хочет… Слушай, такие вопросы задаете, что отвечать неудобно… даже.

Чтобы усилить комический эффект, Хачикян мгновенно меняет свои показания в зависимости от изменения ситуации. Сначала он говорит о неприязни Мимино к потерпевшему:

Всегда говорил: такую личную неприязнь к потерпевшему испытываю, что кушать не могу.

Когда же судья ссылается на утверждение подсудимого о том, что он не был знаком с потерпевшим, Хачикян, что называется, «переобувается» на лету.

— Слушайте, откуда знаком? Я же говорю, потерпевший ушёл в туалет, а обвиняемый мне сказал: «Рубик, куда он пошел? Я его, говорит, первый раз вижу…»

Конечно, все это можно воспринимать как проявление простоты и «незамутненности» сознания персонажа, который любыми правдами и неправдами пытается выручить товарища, не задумываясь о том, как это будет выглядить со стороны и что скажут судьи. Но так ли уж на самом деле наивен Хачикян?

Некоторые реплики героя оставляют впечатление, что перед нами не простак, а человек, имеющий опыт судебных разбирательств и готовый к самым неожиданным вопросам («Слушай, дорогой, я русский язык нехорошо знаю» — хороший прием). Странно, конечно, что друзья заранее не согласовали общую линию поведения, обсудив ее с адвокатом, но тут вступают в действие законы жанра, которые требуют неожиданных ходов и резких поворотов сюжета.

Пусть и в мягком формате, в показаниях Хачикяна есть элементы лжесвидетельства. В старом УК РСФСР (1960 г.) имелась статья 181 «Заведомо ложное показание», в которой говорилось, что:

Заведомо ложное показание свидетеля или потерпевшего… наказывается лишением свободы на срок до одного года или исправительными работами на тот же срок.

Конечно, речь идет о мелком преступлении, и едва ли самый гуманный мире советский суд стал бы в подобного рода случае придираться к свидетелю (он, как мы видим, и не стал). Тем не менее правонарушение все равно остается таковым. В современном УК РФ наказания за такого рода деяния сохранились, хотя и стали, в соответствии с духом времени, мягче. Относительно недавно, во время нашумевшего процесса над актером Михаилом Ефремовым, широко освещавшегося в СМИ, мы имели возможность в деталях наблюдать за тем, что обычно принято называть судебным «закулисьем».

Заметим, что герой Мкртчяна нарушил и еще одну статью. Из сценария фильма:

А во дворе суда, беспрерывно дымя папиросой, метался Хачикян. Неподалёку, на скамейке, сидели пожилой мужчина, парень лет двадцати пяти… Хачикян отбросил папиросу, подошёл.
— Друг, — обратился он к пожилому мужчине, — по глазам вижу — ты хороший человек. Там хороший парень погибает, он его пальцем не тронул, а этот… — Хачикян запнулся… — Нехороший справку купил, а адвокат совсем маленький девочка. Ей в куклы играть… Что делают, как человеческий судьба доверяют! Пойдем, ты тоже свидетелем будешь… дополнительным…
— Не могу, — сказал мужчина. — Я отец адвоката.
Хачикян враждебно посмотрел на мужчину, перевел взгляд на парня.
— А вы?
— Я муж.
— Она нас из зала выгнала — стесняется…

Возле дверей стояли симпатичный молодой человек в дублёнке и милиционер.

— Слушай, друг, — уголком рта, чтобы не слышал милиционер, зашептал Хачикян на ухо молодому человеку (роль человека с хорошими глазами играет Савелий Крамаров). — У тебя глаза хорошие, сразу видно — хороший человек. Помоги, пожалуйста.

К зданию суда подъехал крытый фургон с зарешёченным окошком.
— Поехали!— сказал милиционер и пошел к фургону.
Прикованный к милиционеру наручниками молодой человек в дубленке двинулся за ним. У машины он обернулся к Хачикяну:
— Извини, генацвале… Лет через пять… Помогу!

И снова обращаемся к статьям УК. О каком правонарушении (или преступлении?) идет речь в данном случае? В УК РСФСР была статья 183: «Понуждение свидетеля или потерпевшего к даче ложных показаний. или эксперта к даче ложного заключения либо подкуп этих лиц». В ней говорилось, что понуждение свидетеля, потерпевшего (к потерпевшему Хачикян, кстати, тоже обращался) к даче ложных показаний, совершенное путем угрозы убийством, насилием, истреблением имущества этих лиц или их близких, а равно подкуп свидетеля и потерпевшего с целью дачи ими ложных показаний, наказывается лишением свободы на срок до 2-х лет или исправительными работами на тот же срок.

Как будто о подкупе и, тем более, угрозах речь не шла, тем не менее очевидно, что друг Мимино побуждал совершенно посторонних, случайных людей к даче ложных показаний, пусть даже исключительно в форме просьб и уговоров.

Какой же вывод можно сделать из всего этого юридического и прочего крючкотворства?

Главное — высокий, а скорее даже высочайший, уровень профессионального мастерства создателей «Мимино», и в первую очередь Георгия Данелии, режиссера фильма и соавтора его сценария. Показать не слишком хороших или откровенно плохих людей, равно как и хороших, совершающих неблаговидные поступки, в таком ракурсе, чтобы зрители сочувствовали героям картины и были на их стороне — задача, которая требует от авторов таланта и незаурядного мастерства. Можно вспомнить еще один персонаж — дона Корлеоне из «Крестного отца», человека, который, несмотря на то, что является главой преступного синдиката и постоянно нарушает закон, вызывает у зрителей понимание и сочувствие.

Окончание следует…