Как закрывали избы в деревне?

Как-то я спросила его: «И что, правда твои замки открыть нельзя?» Ответил: «Не жаловались, ну, наверное, взорвать можно или вместе с воротами сорвать тягачом, а просто взломщикам не осилить».

Я сделала умный вид: вот у нас в деревне были такие замки, что никто даже и не покушался на них — код был сложный. Мастер купился, отложил работу, слушал с интересом. Рассказ мой потом оценил так: код совести знали люди… Хорошо сказал — «код совести».

Никаких замков в деревне и не было. Если подойдешь к чьему-то дому и увидишь, что на пробое цепочка лежит и прутиком закреплена — хозяева в огороде. А если к этому «замку» еще добавлена палка от косяка к косяку через дверную ручку — хозяева или в лес ушли, или в соседнее село в магазин за керосином, скажем.

Но на ночь изнутри запирали двери крепче: по металлической скобе на косяках, через них палка уже потолще проложена. Она так и называлась — запирка.

В избу два входа было: через крыльцо и через двор (через сарай то есть). Ворота в сарай запирались на внутренний вертушок, который легко было бы отвернуть, слегка отжав ворота. А в сени попасть вообще никакой проблемы — дверь там тоненькая, вертушок тоже понарошку. Но никто и не шутил даже. Закрывались чисто символически — от нечистой силы, от окаянного, от лукавого. К тому же двери и окна утром и на ночь крестом осенялись. Копеечка сведется — так за икону клали, в самое надежное место.

Интересно, что появилось раньше — замки или воры? В нашем селе это точно были замки. Дело было так…

Обозначились чужие люди в селе. Рюкзаки у них были тяжелые, но это были не портные из дальнего села со своими швейными машинками. Тех уже знали: отец с сыном занимались таким передвижным бизнесом. Останавливались в доме заказчиков, за два дня сшивали рабочую фуфайку и переходили в другой дом. А то еще шили тужерки — утепленное короткое пальто, мы в таких в школу ходили.

На сей раз пришли (точнее, на велосипедах приехали) мастеровые по железу, мы их быстренько окрестили: «ключники-замочники». Такой промысел был когда-то в дальнем районе нашей области, за Волгой. Славились их изделия по всей России, но промысел уже давно был в забвении. Однако умельцы делать замки остались.

Начали торговцы с ликбеза:

— Как от воровства и воров хорониться будем?
 — Отродясь воров в селе не было!
 — Как так не было? У нас в городе милиция, и то воры есть! Будут и у вас!
 — Да типун вам на язык!

Разбрелись поначалу люди, а потом по одному, по двое назад потянулись: чё это мы даже и не посмотрели, а вдруг дело говорят?

Был у нас в селе дед один по прозвищу Значица — он это слово без конца в свои речи вставлял, потому и прозвали так. Начал он наступать на пришлых:

— Значица, мы накупим ваших замков, навешаем, а потом, значица, кажный из нас своим ключом все замки пооткрывать смогёт?

Ключники-замочники только этого и ждали. И начали демонстрировать главное — у каждого замка был только один родной ключ! Значица самолично проверил: истинная правда!

Быстрым шагом по домам — за валютой! Она в деревне всегда была. Мастера знали, чем рассчитываться с ними будут. Достали складные сетки металлические, в них и собирали валюту — куриные яйца. Крупные, с настоящими желтыми желтками, они ценились городскими людьми.

Замков на всех, конечно, не хватило. И еще не раз приходили эти торговцы в село. Другие изделия тоже приносили: ножи, серпы, косыри…

Что удивительно, у многих замки потом висели в пробое просто так — не было навыка такие запирки применять. Все свои в селе, некоторые по несколько раз родные: по матери-по отцу, кумовья-сватья, крестные-крестники, друзья-соседи. От кого прятать и прятаться? Код совести был с детства привит.