С 1916-го начинаются полномасштабные разработки по добыче этих полудрагоценных камней. Народ съезжался отовсюду — начиналась «опаловая лихорадка».
Бытует много теорий о происхождении опалов в этом регионе. По одной из них, всю среднюю часть южной Австралии когда-то занимало озеро, и со временем (а это миллионы лет) кремнезём стал заполнять всё пространство этого бассейна. Именно он и вода стали основой для формирования опалов.
Люди, приезжающие на заработки, быстро поняли, что жизнь на поверхности — самоубийство. Единственным выходом стало рытьё так называемых dugout — землянок. Шахты по добыче опалов прорывались до глубины 10 и более метров.
Опытные копатели обустраивали свои жилища всё-таки ближе к поверхности. Это делалось для того, чтобы можно было вставлять импровизированные окна. Но так получалось не всегда — у некоторых «новосёлов» окон вообще не было. Зато температура в новых жилищах не превышала 22−24°С, а это позволяло жить в относительно комфортных условиях.
Время шло, приезжали новые шахтёры (многие с семьями), подземный городок разрастался. Местные аборигены стали называть его Coober Pedy — что означает «нора белого человека». Но подземные жилища мало чем напоминали норы. От былых dugout не осталось и следа — трёхкомнатные квартиры с высокими потолками, мебель в спальне, в зале и на кухне. Было проведено электричество, и после трудовой вахты шахтёры могли посмотреть телевизионные передачи.
Единственное, с чем были затруднения — вода. Дело в том, что в этом регионе за год выпадает всего 150 мм осадков. Вначале питьевую воду приходилось возить в эту глубинку на верблюдах. Естественно, она была на вес золота. Существовала квота выдачи воды на человека. Даже сейчас, когда в Кубер Педи проведён водопровод, за 1000 литров надо заплатить 5 долларов.
Как оказалось, здешнее месторождение давало 30% мировой добычи опалов. Если не брать в расчёт эфиопские чёрные, то австралийские «благородные» болдеры ценились довольно дорого.
Хозяева новых «квартир» обустраивали их как могли. Но первым делом всегда «облагораживали» стены. Ведь кремнезём сыплется, и дабы избежать скопления пыли и грязи, новосёл покрывал стены в несколько слоёв ПВА. Это самый дешёвый вариант. Тот, кто хотел не отстать от цивилизации, обшивал жилище гипсокартоном либо пластиковыми панелями.
Население подземного городка в 1970 году достигало 2000 человек. Удобство было ещё и в том, что на работу можно было «выходить» прямо из своей квартиры. Прошёл несколько метров по лабиринтам — и на месте. Но как можно без привычной инфраструктуры? Стали появляться лавки с товарами, открылся магазин по продаже опалов.
Кстати, есть здесь и музей, посвящённый становлению и истории города. Для людей более 50 национальностей этого мало, и вот уже «построены» две церкви — католическая и сербская православная. Книжный магазин, продуктовый, бар, ресторан с богатым выбором блюд и напитков — ну чем не жизнь? К сожалению, за жизнью идёт особа с косой — и здесь образовалось своё кладбище.
Так прошло более века. Что же сейчас в знаменитом некогда Кубер Педи? Начальство запретило рыть шахты — шутка ли, более 250 000 входов вырыто за все годы! В голове не укладывается длина лабиринтов подземного города. Некоторая часть шахтёров живёт на поверхности — в обустроенные «наземные» жилища привезли кондиционеры. Но многие не хотят уходить из своих подземных квартир — плата за работающий 24 часа в сутки «кондёр» бьёт по карману.
А добыча опалов так и идёт. Но прогнозы на будущее неутешительные — месторождение беднеет. На сегодня в Кубер Педи проживает не более 1600 человек. И уже не только за счёт опалов — для многих туристов-экстремалов за честь побывать в этой австралийской глуши.
Жить под землёй ради добычи опалов. СтОит ли это делать?
Оценка статьи: 5
0 Ответить
Магдалина Гросс, мы ведь не знаем (можем только предполагать), кто приезжал в австралийскую «глушь». Возможно, это были люди, оставшиеся без жилья или вернувшиеся с войны. Потом уже приезжали просто на заработки (опал не золото, но всё-таки ценится дорого). Так что для них – стОит.
0 Ответить