Малые города Беларуси. Чем интересен Браслав?

И осознание этой красоты доходит до нас лишь дни спустя, когда все уже безвозвратно закончилось и осталось только тосковать и оплакивать былое счастье, которое не получилось вовремя оценить в заслуженной мере.

А еще, в этой связи, думается, что все мы родом не только из детства. Все мы — праправнуки матери-природы, от которой когда-то вынужденно отказались, отчего нас иногда гложет чувство вины, и мы неумело и неосознанно возвращаемся туда, где были в своих предыдущих жизнях.

Браслав и Браславские озера — пожалуй, главный такой уголок в Беларуси или один из немногих, где лучше всего ощущается это наше доисторическое прошлое, единение с природой.

Помню свое первое впечатление от Браславских озер, с их литовскими языческими названиями — Дрывяты, Снуды и Струсто. Когда передо мной во всей неожиданной красе, с пригорка, неожиданно раскинулась водная гладь одного из них, Дрывят, которая, казалось, доходила до самого горизонта — таким огромным показалось озеро. И лишь смутная темная полоска леса на том берегу напоминала про то, что это все же большое озеро, а не маленькое море.

Тогда и первозданная красота природы — растаявшие доисторические ледники, оставшиеся скромным напоминанием в виде широких озер, и незваные лебеди по утрам в окне сонной туристической базы отдыха, и реликтовые окрестные леса — всё отложилось, осталось в запоздавшей, предательской памяти, чтобы потом напоминать и звать приезжать снова и снова.

…В этот раз мы выехали из Минска, проехали до безлюдного Мяделя, в котором, казалось, сами мядельцы были занесены в Красную книгу, как и их редкий угорь, так мало их там было. А те, что встречались, казались чем-то вроде местной экзотики и курьеза, этого маленького городка, где мы традиционно угостились копченым угрем на берегу озера Мястро и дальше проследовали до Браслава. Заодно решив на обратном пути заехать и в Поставы, и еще куда-нибудь, куда в голову взбредет в нашем диком набеге на белорусские провинции.

В Браславе мы устроились у знакомого «помещика» в домике с тремя помещениями и двором за символическую плату в 60 рублей — почти задарма по сравнению с местными бессовестными усадьбовладельцами, чьи цены били самое смелое воображение в пять-шесть раз. Снять домик за 320−380 руб/сутки не хотите ли, а? Чтобы три дня пить водку, мыться в бане и иногда вылазить на крохотный бережок озера через дорогу, чтобы потом спешить обратно, к бане и водке?

В домике было всё: кухня-гостиная на первом этаже, две комнаты с двумя кроватями и санузлом на втором, мангал во дворе.

В тот же вечер, несмотря на усталость после 1000 км (ну, или около того), когда уже местные сверчки завелись в своих щелях и подбитые фонари начали подмигивать издалека, мы выбрались на шпацер вдоль оз. Дрывяты. Полюбовались на местные прибрежные красоты, таявшие в бледном закате, на относительное безлюдье, как местное безрыбье, и поспешили обратно, поддавшись зову угря в недрах одного из нас, упорно просящегося наружу.

На следующий день мы гуляли по городу, традиционно любовались местными ландшафтами с местной Замковой горы с ее деревянными идолами и уже выгоревшей травой, ходили по магазинам и готовили во дворе шашлык.

Браслав, как всегда, был языческим, малотуристическим и почти доисторическим, приглашающим к созерцанию и медитации.

А на следующий мы метнулись в сторону озер Снуды и Струсто, где побывали на горе Маяк, а также в окрестностях и тому всякое подобное…

Но все это унылые действия, одинаковые телодвижения, которые мы все, как роботы, так или иначе повторяем друг за другом и от которых становится только тоскливее, так они приземлены и похожи: ездили, ели, видели…

А главное что? Главное — эмоции. Те самые вибрации и настроения, которые посещают или не посещают тебя, когда ты приезжаешь хоть в Южную Америку, хоть в соседнее село. Тонкие паутинки воспоминаний и смутных отголосков твоего прошлого, твоего дикого подсознания, которые и остаются с тобой потом до твоей деменции и Альцгеймера.

Уже на следующий день мы выехали в сторону Постав и дальше — Новогрудка, чтобы по пути объесться и обпиться местными провинциальными и не всем известными, но от этого еще более интригующими, достопримечательностями, ища прекрасное в неизбитом…