Биографии

27 июня 1999 года тихо ушла из жизни скромная московская жительница Муза Крепкогорская. Ей было далеко за семьдесят (если говорить точнее — до своего 75-летия женщина не дотянула всего-то 12 дней). Но в этой тихой старушке трудно было узнать когда-то очень энергичную, в чем-то очень властную женщину, которая всегда искренне считала, что Земля вращается не вокруг Солнца, а вокруг нее, Музы Крепкогорской.

27 апреля 1927 года в одном из московских родильных домов работающая здесь же молодая санитарка родила сына. Тогда было не принято сильно вникать в чужую жизнь, тем более что роженица не очень-то распространялась о том, кто отец ребенка, где она с ним познакомилась и т. д. Самое главное — мальчик родился здоровеньким, крепким и горластым…

Сто лет назад, 26 июня 1908 года, в портовом городе Вальпараисо родился в семье адвоката мальчик, которому суждено было стать народным президентом своей страны в семидесятых годах прошлого столетия и погибнуть в шестьдесят пять лет при военно-фашистском перевороте. Он был одним из основателей Социалистической партии Чили и долгие годы настойчиво боролся за президентство.

Сегодняшний выпуск «Антологии отечественной поэзии» мне хочется посвятить поэтессе, которая в свое время была одной из самых любимых учениц Анны Ахматовой. Она провожала в последний путь Мадонну блокадного Ленинграда Ольгу Берггольц. Это — Майя Ивановна Борисова, которая долгие годы была редактором детского журнала «Искорка», а когда в России всколыхнулся интерес к царской семье, попыталась взглянуть на судьбу царствующих семей сквозь призму

Судьба бывает жестока и отпускает слишком мало лет жизни подлинным талантам. Федор Васильев должен был вырасти в талантливейшего пейзажиста, но ему было отпущено всего 23 года жизни. Даже за столь короткий срок, когда другие только учатся азам живописи, он успел написать картины, вошедшие в золотой фонд российского искусства.

Имя этого поэта-сатирика, к большому сожалению, не так широко известно, как имена его коллег по юмористическому цеху: Аркадия Аверченко или Надежды Тэффи, хотя творчество этого талантливого писателя-юмориста, страстно «желавшего отдохнуть от сатиры», и сегодня вызывает немалый интерес не только у специалистов-литературоведов, но и у рядовых читателей.

В конце января нынешнего года как-то очень незамеченным прошел 105-летний юбилей со дня рождения Сергея Александровича Бондарина, человека, который в 30-е годы прошлого столетия подавал большие надежды и даже удостоился письма Алексея Максимовича Горького, в котором пролетарский писатель советовал талантливому журналисту стать в будущем автором воспоминаний. Тем более, что Бондарин вырос в литературной среде, стал ее плотью и кровью…

Во времена Екатерины II придворный Эрмитажный театр был особым миром, где правили свои законы. Актеры, особенно молодые, находились на положении почти крепостных и всецело зависели от театрального начальства. В этом театре 11 февраля 1791 года во время представления комической оперы «Федул с детьми», автором которой была сама императрица, произошло событие, отголоски которого еще многие годы будоражили театральную среду и даже вошли во многие

Пройдемся по основным вехам послужного списка Шарля. Жалованья кадеты-гвардейцы тогда не получали ни гроша, но военная подготовка была бесплатной и позволяла в дальнейшем претендовать на более высокие армейские чины.

Думаю, многие читатели «ШколыЖизни» слышали знаменитую песню Булата Окуджавы «Кавалергарда век недолог, и потому так сладок он…». Работая над фактурой этой песни, поэт наверняка изучал биографию 28-летнего генерал-майора Павла Васильевича Голенищева-Кутузова, которого государь-император назначил командиром Кавалергардского полка в 1801 году. Павел Васильевич прокомандовал полком и в самом деле недолго — уже в мае 1803 года он получил

Россия всегда привлекала иностранцев, которые приезжали в надежде сколотить капитал, чтобы вернуться в свои страны обеспеченными людьми. Но некоторые оставались в России навсегда, внося свой вклад, иногда значительный, в развитие государства, ставшего для них новой родиной. Яркими представителями этой категории иностранцев на русской службе являются голландские купцы Виниусы.

В той части Латинского квартала, которая примыкает к Сене напротив сада Тюильри, на улице дю Бак стоит дом. От сотен и тысяч других его отличает неприметная табличка с надписью, что на этом месте был особняк, в котором жил некто Шарль де Бац де Кастельмор д’Артаньян.

Маруся выходила замуж не по своей воле. Родственники торопились пристроить 16-летнюю невесту за «удачного» жениха, инженера Михаила Свешникова. Не молод, почти 50 лет, зато скромен и уважителен. Его кандидатура всех устраивала. Особенно старших сестер Марии, Евгению и Александру, которые все никак не могли найти себе женихов.

Джен родилась в Новой Зеландии в середине прошлого века в очень творческой семье. Ее бабушка была скульптором, а мать художницей — рисовала портреты. Первыми игрушками Джен были куклы, сделанные её бабушкой. Лица этих куколок были изготовлены из папье-маше и очень напоминали лица дорогих коллекционных кукол 40-х годов ХХ века.

21 июня — день памяти писателя, который ровно 70 лет назад, в 1938 году, подарил читателям книгу, ставшую настольной для миллионов советских мальчишек «от Москвы до самых до окраин». Она стала самой любимой и для 9-летнего мальчишки из рабочей семьи, жившей на окраине столицы. По иронии судьбы и у парня, и у писателя было одно и то же имя — Лев. Как Вы, наверное, уже догадались, мальчишку звали Лев Яшин, а литератора — Лев Кассиль. Зная эти

Фамилия Бианки хорошо известна россиянам и не только. Широко распространена версия о том, что предки писателя имели итальянское происхождение. На самом деле это не так. Род Бианки появился в России в начале XIX века. Одна его ветвь имела швейцарские корни, другая — немецкие. В обеих ветвях присутствовали музыкальные таланты. Прабабушка Виталия Бианки была примадонной Мариинского театра, прадед — известным оперным певцом, который перед турне

20 июня — день памяти великого актера Леонида Владимировича Харитонова. Возможно, нынешнее поколение людей, которые родились уже после распада СССР, так сразу и не вспомнят по фамилии этого человека. Но о солдате Иване Бровкине они, все же, наверное, наслышаны.

Его картины, где на фоне наполненной солнечным светом южной природы разворачивались эпизоды загадочной и манящей жизни давно ушедших дней, зрители всегда ждали. Их появление на выставках становилось событием. Конечно, не обходилось без критики, живописца обвиняли в манерности, нарочитой красивости и безыдейности. Но даже самые предвзятые критики признавали несомненный талант мастера, подтверждением которого было и значительное количество