Так же, как у немецкого писателя, действие «Гладиаторов» разворачивается на войне. Грузино-абхазской. Август 1992 — сентябрь 1993 года. Одной из тех многочисленных войн, которые то и дело вспыхивали на окраинах разваливающейся или только что развалившейся империи в опровержение конституционного утверждения о новой исторической общности — советском народе: Карабах, Таджикистан, Приднестровье…
Какая уж тут «общность», когда сосед считал делом чести убить своего соседа вместе со всей его семьей? Когда муж воевал на одной стороне вооруженного конфликта, а шурин (брат жены) — по другую. И до сих пор мы так непоправимо мало знаем об этих войнах…
Уже в этом, на мой взгляд, огромный плюс «Гладиаторов». Повесть честно и откровенно рассказывает нам о том, что тогда творилось на территории Абхазии. Хотя… В теории оно и так все понятно — гражданские войны по своему эмоциональному накалу и жестокости на порядок выше «обычных» войн:
Майором овладело восторженное, полубезумное состояние. Он хохотал и вопил:
— Живьем брать демонов, живьем!
Но его никто не слушал. Расстреливали даже вставших на колени: тычком вгоняли в рот дуло автомата и нажимали на спуск.
Гела Чкванава честно рассказывает о жестокости этой гражданской войны своему читателю. Рассказывает не просто как автор. Как очевидец. Так же, как Эрих Мария Ремарк прошел Первую мировую, родившийся 13 сентября 1967 года в Сухуми и отслуживший срочную в частях ПВО Ленинградского военного округа, автор «Гладиаторов» участвовал в той войне на грузинской стороне. Был ранен. На излечении находился в одном из госпиталей Кутаиси.
Скорее всего, именно потому, что повесть написана очевидцем событий, человеком, прошедшим через войну и видевшим все своими глазами… Именно поэтому «Гладиаторы» по своему эмоциональному накалу, по-моему, ни в коей мере не уступают своему гениальному предшественнику.
Но на этом параллели двух произведений не заканчиваются.
Так же, как и «На Западном фронте без перемен», главные герои «Гладиаторов», Мамука, Коба и Дато — одноклассники. Другое дело, персонажи Ремарка уходят на войну сразу после того, как заканчивают школу, прямо со школьной скамьи. Герои Гелы Чкванавы — тоже довольно молоды, но все-таки имеют за плечами определенный жизненный опыт: у Кобы — двое девочек, у Дато — сын. Мамука не женат, но только потому, что любит женщину, которая ему предпочла Кобу. Несмотря на это, они остаются друзьями. И как это ни пафосно звучит, но… Так оно и оказалось: только смерть смогла их разлучить.
Смерть… Да, это война. И на ней убивают. Думаю, в этом — главная параллель между «Гладиаторами» и «На Западном фронте без перемен». Все герои и того, и другого произведения погибают.
Погибают не потому, что у них не было шанса выжить. Шанс был. После гибели Кобы Дато мог бы вместе с Акакием идти дальше по абхазским тылам, пробираясь к своим. Но он решает вернуться к санаторию, у которого сутки тому назад они были вместе с Кобой. Ещё живым Кобой.
И там, у санатория, у него тоже был шанс остаться в живых, уйти:
«…в горы за старым танком. Это было наиболее удобное направление отхода: там пологий склон — в самый раз для его налитых неимоверной усталостью, израненных ног».
Но он не ушел. Остался. Чтобы его убили. Просто он очень устал…
«…он уже чувствовал отвращение к своему непослушному, изнемогающему от боли телу и хотел от него избавиться. Только сейчас он, наконец, понял, как устал и как хотел отдыха и покоя».
На войне тоже устают. Выжить на ней не менее тяжело, чем убивать других. И в этом нет никакого смысла…
Наверное, это интересное произведение.
Но ставить знак равенства между Первой Мировой войной - и Абхазским конфликтом...
В первом случае миллионы воевали с миллионами.
Во втором случае тысячи соседей воевали с тысячами соседей. Бывших друзей, бывших товарищей.
И резались в эту Абхазскую микрогражданскую с тем же ожесточением, что резались во всех остальных гражданских войнах и конфликтах.
0 Ответить