Что ещё интересного можно узнать о сказках братьев Гримм?

 — Сказки братьев Гримм переводили на русский язык не раз и не два. Есть пересказы, адресованные детям, а есть более полные и точные переводы — например, Г. Петникова. Правда, и в переводе Петникова есть весьма странные моменты, касающиеся в основном имён. Так Белоснежка (нем. Schneewittchen) почему-то превратилась у него в Снегурочку (несмотря на явное несоответствие с нашей фольклорной Снегурочкой), зато Белоснежка появляется в названии другой сказки «SchneeweiBchen und Rosenrot», которую у нас чаще переводят «Беляночка и Розочка».

 — Герой одной из известных сказок Гримм — карлик Румпельштильцхен — носит настолько труднопроизносимое для нас имя (хотя и королева из сказки не может его вспомнить), что наши переводчики нередко стремятся его русифицировать. В результате переводят его то как «Хламушка», то как «Гном-тихогром». А всё потому, что переводчикам приходится выбирать одно из двух значений немецкого слова «Rumpel», означающего или «старьё, хлам, рухлядь», или «шум, грохот, возня». Правда, встречается и совсем вольный перевод «Тителитури», наверное, всё из-за того же принципа труднопроизносимости.

 — Как известно, в оригинале Румпельштильцхен — это карлик, который помог девушке спрясть из соломы золото и в результате стать королевой. За это она пообещала отдать ему своего первенца, но потом передумала. Обезопасить карлика она могла, лишь вспомнив его имя. С трудом ей это удается, карлик в ярости топает ногой, его ступня застревает в полу и, пытаясь освободиться, он разрывает себя на части.

В кинематографе образы Румпельштильцхена трактуются довольно свободно. Так, в одноименном ужастике 1995 года — он чудовище, похищающее детей. А в сериале «Однажды в Сказке» и мультиках про Шрэка — злобный колдун, заключающий с людьми коварные контракты. Но, наверное, самая неожиданная трактовка образа Румпельштильцхена принадлежит перу Арсения Тарковского, который сочувствует не королеве, а карлику:

Румпельштильцхен из сказки немецкой
Говорил: — Всех сокровищ на свете
Мне живое милей!
Мне живое милей!
Ждут подземные няньки,
А в детской —
Во какие кроты
Неземной красоты,
Но всегда не хватает детей!

Обманула его королева
И не выдала сына ему,
И тогда Румпельштильцхев от гнева
Прыгнул,
за ногу взялся,
Дернул
и разорвался
В отношении: два к одному.

И над карликом дети смеются,
И не жалко его никому,
Так смеются, что плечи трясутся,
Над его сумасшедшей тоской
И над тем, что на две половинки
Каждой по рукаву и штанинке —
Сам свое подземельное тельце
Разорвал он своею рукой.
Непрактичный и злобный какой!

 — Довольно неожиданные морали выводят из сказок Гримм не только поэты, но и психопаты. Герой нашумевшего в 2000 году уголовного процесса, съевший человека (при этом жертва добровольно согласилась на съедение!) заявил, что каннибальские вкусы у него развились под впечатлением от сказки «Гензель и Гретхен», где ведьма откармливала Гензеля на убой. Падкая на всякие отклонения, немецкая группа RAMMSTEIN тут же запечатлела историю каннибала в песне «Mein Teil».

Интересно, находятся ли сбежавшие от родителей дети под впечатлением сказки «Колобок»? И не являются ли любимыми сказками зоофилов «Царевна-лягушка» и «Невеста Зайчика»?

 — Тем не менее, сказки братьев Гримм действительно дали название некоторым психическим расстройствам. Так в психиатрии встречаются «Синдром Рапунцель» (когда дети имеют патологию глотать свои волосы в таком количестве, что забивают кишечник) и «Синдром Умной Эльзы» (когда человека преследуют навязчивые и необоснованные страхи о своём будущем).

 — Кстати, о Рапунцель, имевшей, как помните, завидную косу длиной с башню. Своё имя героиня сказки получила из-за того, что её папаша полез в угодья колдуньи, чтобы нарвать себе рапунцеля для салата. Но в итоге нарвался на колдунью и с перепугу отдал ей свою дочь. Немцы называют «Rapunzel-Glockenblume» один из видов колокольчика, поэтому и сказку у нас иногда переводят как «Колокольчик». Но у указанного колокольчика съедобен только корень, а в сказке чётко написано, что рапунцель колдуньи был «такой свежий и такой зелёный». Поэтому исследователи считают, что, скорее всего, имело место совсем другое растение — валерьяница или салат полевой (Valerianella locusta), который немцы тоже кличут Rapunzel.

 — Неприязненное отношение христиан к ростовщичеству и «круговой поруке» евреев, смешанное с завистью, тянется ещё с незапамятных времён Средневековья. Неприятные образы жадных евреев есть и у Гауфа, и у Гофмана. Чего уж ожидать от народных сказок Гримм? Есть у них сказка «Еврей в терновнике», но, понятное дело, у нас её переводят как «Вор в терновнике». Впрочем, в «Немецких преданиях», собранных Гриммами, есть истории и похлеще, полные классических юдофобских суеверий о евреях, пьющих кровь младенцев. Конечно, братья записывали, а не сочиняли, но после гитлеровских газовых камер всё это воспринимается особенно зловеще. Нашлись горячие головы, объявившие, что сказки Гримм — одни из источников нацизма. Плюс ко всему припомнили, что нацистские культурологи трактовали Золушку как истинную арийку, затурканную мачехой-иностранкой, а принца — как героя, умеющего распознавать «чистую расу».

Впрочем, любят трактовать сказки Гримм и психоаналитики. Почитаешь их и думаешь — это, конечно, не нацизм, но тоже что-то нездоровое.

 — Много нездорового мы можем услышать из уст не кого-нибудь, а самого Министра по делам семьи и женщин ФРГ Кристины Шредер. Прямо перед юбилеем сборника братьев Гримм она заявила, что считает их сказки «сексистскими», потому что большинство женских персонажей в них отрицательные. Хотя, что можно ждать от женщины, которая раскритиковала даже такую «феминистскую» сказку, как «Пеппи Длинный Чулок» (ей очень не понравилось, что в сказке А. Линдгрен отца главной героини называют «негритянским королем»)? И эти люди учат нас не ковыряться в носу!

 — Самое огромное количество трактовок сказки Гримм получили, конечно, на экране. Тут тебе и советский м-ф на музыку А. Рыбникова «Волк и семеро козлят на новый лад» (1975) и интернациональный (СССР-Румыния-Франция) фильм-мюзикл «Мама» (1977). Да и «Бременские музыканты» в наших головах автоматически ассоциируются с прихиппованными музыкальными мультиками на музыку Г. Гладкова, а не с весьма далёким по содержанию оригиналом братьев Гримм.

Но, если забыть о Золушке и Красной Шапочке (которых я разбирал в статье про Ш. Перро), то безусловным лидером среди киногероинь по мотивам Гримм является Белоснежка.

Только за один 2012 год вышло аж два блокбастера — х-ф «Белоснежка: Месть гномов» и «Белоснежка и охотник». В общем-то, из всех относительно недавних экранизаций «Белоснежек» мне запомнился разве что фильм 1997 г. «Белоснежка. Страшная сказка» — самый мрачный, но и самый психологичный — с брутальными гномами и Сигурни Уивер в роли мачехи. Забавно, что во всех перечисленных экранизациях наиболее ярко («всех прекрасней и милее») выглядят мачехи, а Белоснежки в целом «бледноваты».

 — Сколько бы ни снимали «Белоснежек», пальма первенства ещё надолго останется за мультфильмом Уолта Диснея «Белоснежка и Семь Гномов». С момента его выхода в 1937 году внешний вид диснеевской Белоснежки до сих пор является образцовым и самым тиражируемым.

Это был первый в истории полнометражный мультфильм, поэтому его делали целых три года. Надежды были полностью оправданы — «Белоснежка» собирала полные кинотеатры и отхватила «Оскар».

Учитывая, что Дисней стремился не запугать ребёнка, а порадовать, мультик вышел замечательный, где каждый кадр и каждая сцена продуманы и изобретательны. И всё бы хорошо, если бы не одна особенность, хорошо выраженная в словах Белоснежки, заблудившейся в лесу: «Что же делать? Надо петь!». В мультфильме действительно очень много поют и танцуют. К сожалению, ваш покорный слуга тяжело переносит долгое звучание высокого женского голоса. Но это, как говорится, моя проблема, а не Диснея.