Константин Кучер
- Профиль
- Публикации
- Комментарии
Большое спасибо, Олег, за такой замечательный и проникновенный отзыв.
Спасибо, Елена!
Это воспоминания Елены Щабинской (Моджеевской) подп. псевдоним Дзидка (ps. "Dzidka") связной и санитарки взвода "Колос" (Kłos) роты "Рейд" (Reda) батальона "Милош"(Miłosz). Той самой роты и батальона, в которые другим взводом входил взвод глухонемых. Они показались мне интересными не только благодаря упоминанию о совместной со взводом глухих атаке на казармы в здании гимназии Святой Ядвиги (вечер 4 августа 1944 г.), но и потому, что в них есть очень яркие детали повстанческого быта и они многое рассказывают о тех, кто тогда, в августе-сентябре 1944 г., сражался в Варшаве. Молодые парни и девчонки, практически не знакомые даже с воинскими азами. Ночью выдвигаются на новую позицию и вместо того, чтобы провести хотя бы минимальную рекогносцировку местности, начинают играть на пианино и петь «Варшавянку», тем самым, демаскируя своё местоположение. И… Взвод несет первые потери. В общем, читайте!
Местом дислокации взвода "Колос", в который я прибыла вместе с подругами, стал театр "Новости" по ул. Мокотовской (Mokotowska), 73.
Взвод формировался за счет добровольцев: молодых и старых, мужчин, женщин, и даже... детей. Нас становилось все больше. Но вот оружия почти не было.
За нами, девушками, организация тылового обеспечения и кухни. Мы стараемся приготовить для всех хоть что-то съедобное из того провианта, что приносили жители окрестных домов и улиц. Мы же собираем и перевязочные средства.
Во дворе нашей штаб-квартиры (театр "Новости" по ул. Мокотувская, 73) мы складываем оружие и торжественно принимаем присягу: "Перед лицом Бога Всемогущего и Святой Девы Марии, Королевства Польской Короны, я кладу свои руки на этот Святой Крест, знак Муки и Спасения, и присягаю быть верным моей Отчизне, Польской Республике, нерушимо стоять на охране Ее чести и за освобождении Ее из неволи воевать изо всех сил – даже ценою собственной жизни". Мы получаем удостоверение личности AK, принимаем псевдонимы, которые сами и придумали: Ачка, Крыся, Коперник, Алюся, Кукла, Нютка и Дзидка (это - я) ("Aćka", "Krysia", "Kopernik", "Alusia", "Кукла", "Niutka" и "Dzidka"). Получаем фабричные комбинезоны - большие, так что нам надо подворачивать рукава и штанины - но нам нравится, что мы все в одинаковом обмундировании. Мы будем выполнять функцию связных, но нас готовят и к оказанию первой помощи раненным. Парни обещают научить нас пользования оружием и гранатами.
4 VIII вечером наш взвод вместе со взводами Брадла (Bradla) и глухонемых бросают на штурм казарм в здании гимназии им. Королевы Ядвиги (Jadwigi) у площади Трех Крестов. Здание взято. Потушен пожар, подожженный отступающими немцами. Заняты "итальянские дома" на ул. Болеслава Пруса и здание с кинотеатром "Наполеон". Ночью мы переносим продовольствие, добытое в казармах к театру, - у нас на какое-то время есть еда.
Начинается вылазка в направлении Княжеской улицы. Через территорию садов и парников Института Глухонемых и Незрячих мы доходим до "музыкального дворца". Команда в составе 12 бойцов без борьбы добирается до него. На первом этаже со стороны занятого немцами здания Союза Христианской Молодежи (YMCA) мы оборудуем позицию для ручного пулемета. Кто-то начинает играть на пианино, мы поем "Варшавянку". Тем самым мы создаем много шума. Немцы обнаруживают наше место расположения, но ждут, чтобы кто-то выглянул, появился в их поле зрения. Подхорунжий Войтек ("Wojtek") становится их первой жертвой, в него попадает пуля дум-дум, которая разрывает ему легкие. Смерть наступает мгновенно. Крыся ("Krysia"), не зная, что Войтек уже мертв, выбегает за носилками. Не ориентируясь на местности, попадает под обстрел пулемета. Она очень тяжело ранена тремя пулями. Одна из пуль почти отрывает ей левую руку. Вечером, через парники и дыру в стене, мы переносим "Krysię" в больницу, что расположена в моей бывшей школе на улице Хожей, 13.
Наши первые погибшие. Войтека, 21 год, похоронили ночью, на территории Института, здесь же у дворца.
Я на минутку забегаю в больницу проведать Крысю. Она держалась очень отважно - перелом наступил, когда узнала о необходимости ампутации руки... После ампутации очень быстро вернулась в форму и даже поддерживала дух других раненных – они заражаются её настроением и бодростью. Моя подружка уже калека...
(...)В первое воскресенье Восстания мы участвуем в торжестве походной Мессы Святого Духа во дворике нашей штаб-квартиры.
Ночью союзники сбрасывают грузы. Контейнеры падают на парашютах на площадь Трех Крестов неподалеку от Брацкей (Brackiej). Поврежденные винтовки типа Маузер с погнутыми стволами переданы на так называемый завод "филипинек" (filipinek), что находится на ул. Вороньей (Kruczej).
(...)12 VIII перед полуднем немцы отбивает занятую нами накануне территорию перед больницей Святого Лазаря. Пополудни мы возвращаем её и усиливаем посты, чтобы контролировать улицу Княжескую для поддержания связи между Чернякувом и Старем Мястом (центром города). Эта территория длительное время переходит с рук в руки, но мы контролируем Княжескую.
(...)Погибает наша самая молодая связная, десятилетняя Мики... Она была вместе с бойцом Яйко в окопе напротив больницы, там её настигла немецкая пуля. Мы хороним Мики во дворике дома на Княжеской, 7, где она жила. Её мать в отчаянии.
(...)Мы совершаем вылазку достаточно далеко на территорию больницы, т. к. внизу у ограды от стороны ул. Смольной растут помидоры. Эти экспедиции смертельно опасны, но искушение сильнее страха, потому что мы болезненно чувствуем нехватку фруктов и овощей.
СПАСИБО, Лариса!!
Большое спасибо всем, кто посчитал возможным отозваться на этот "древний" материал!!
Зато потом...
Ксения... Мой первый борщ был съеден до последней капельки и крошки. Просто потому, что все были голодные. Но претензии "повару" всё-таки были предъявлены: "Это что в борще плавает?!! Капустные листья, вообще-то, перед тем, как забросить в кастрюлю, пошинковать бы не мешало".
Конечно, я был очень рад, что мой борщ не вылили прямо в костер. Но замечание запомнил. И учел.
Да, Вячеслав, Вы совершенно правы - чужой опыт ещё никого и ничему не научил. Только собственные синяки и шишки являются мерилом личного познания окружающего нас мира.
София Михальская (Шарух). Бывшая санитарка батальонов "Заремба" и "Милош" (подпольный псевдоним "Зоська").
Витэк, строго говоря, де-юре, СССР не был союзником Германии. Если Вы имеете в виду Пакт Молотова-Риббентропа, то он был о ненападении, но не союзным соглашением, аналогичным, например, Соглашению Сикорского-Майского (июль 1941 г.).
К сожалению, Сергей, я мало что знаю по тем вопросам, которые Вы затронули в своем последнем комменте.
Вам, Елена, - БОЛЬШОЕ СПАСИБО!
Отличная статья! Равно, как и предыдущая. С большим интересом прочитал обе. Большое спасибо за ссылки. Такой неподдельный интерес автора к тому, о чем он рассказывает своему читателю, вызывает искреннее уважение и восхищение.
Сергей, отвечая на Ваш вопрос, на мой взгляд, надо отметить, что Вермахт, превосходя Войско Польское по всем основным военным показателям, в сентябрьской компании 1939 г. получил со стороны польских вооруженных сил сильный отпор, который был для немцев полной неожиданностью. Германская армия потеряла около 1000 танков и бронемашин (почти 30 % всего состава), 370 орудий, свыше 10 000 военно-транспортных средств (около 6000 машин и 5500 мотоциклов). Люфтваффе лишилось свыше 700 самолетов (около 32 % всего состава, участвующего в кампании) (1).
Потери Вермахта в живой силе по мнению польских источников составили 45 000 убитых и раненых.(2) Иные историки(3), немного разнясь в цифрах, более подробно расшифровывают потери Вермахта в ходе польской компании: от 8 082 до 16 343 убитыми, 27 280 — 34 136 ранеными, 320—5029 человек пропавшими без вести. Потери союзников Германии, словаков, составили 18 человек убитыми, 46 ранеными, 11 человек пропало без вести
По данным польских военных историков Чеслава Гжеляка и Хенрика Станьчика (4) в боях с Вермахтом погибли около 63 000 польских солдат и 3300 офицеров, 133 700 были ранены. Около 400 000 попало в германский плен, и 230 000 в советский.
По времени Польская кампания оказалась всего на неделю короче Французской, хотя силы англо-французской коалиции значительно превосходили Войско Польское как по численности, так и по вооружению.
Источники информации:
(1)Анджей Гарлицкий. «История 1939—1997 / 1998. Польша и мир», Варшава, Научное издательство «Scholar», 1998, стр. 22, 28
(2) Ян Жак, Ежи Топольский, Лех Третьякович, Антони Чубинский. «История Польши», Варшава, Государственное Научное издательство, 1975, стр. 766—776
(3) Wojna Obronna Polski 1939. — Warsaw: Wydawnictwo Ministerstwa Obrony Narodowej, 1979. — P. 933.
(4) Чеслав Гжеляк, Хенрик Станьчик. «Польская кампания 1939 года. Начало 2-й мировой войны», Варшава, изд. «Ритм», 2005, стр. 5, 385
И Вам, Игорь, спасибо.
Ого... В Москву. В музей Ленина! Солидно вас в пионеры принимали.